«Нанотехнологии»

05.03.2008, 14:45 Открытая студия

Крем для лица с применением нанотехнологий, молоко с нанотехнологиями… Что это за нанотехнологии и с чем их едят?

На эти вопросы готовы ответить гости программы «Открытая студия».

В нашей программе принимают участие:
- генеральный директор Закрытого акционерного общества «Светлана - оптоэлектроника» Григорий Владимирович Иткинсон
- исполняющий обязанности вице-президента Российской академии наук, директор Российского научного центра «Курчатовский институт», член-корреспондент Российской академии наук Михаил Валентинович Ковальчук.

Ника:
Вам как специалисту не обидно, что люди не знают что такое нанотехнологии?

Иткинсон Григорий Владимирович:
Мы все знаем, что такое микроэлектроника. это слово не вызывает ни у кого удивления. Если говорить о нано технологиях, то это дальнейшее развитие этой микроэлектроники. Единственное, что потерялось, так это само слово «электроника» и это понятно, потому что нанотехнологии значительно шире, чем электроника. Но наша кампания, я лично, занимаемся как раз наноэлектроникой. Точнее, оптоэлектроникой, которая более очевидна, с точки зрения практического использования.

Ника:
Михаил Валентинович, людям непонятен даже термин «нано». Я прочитала, что это десять в минус девятой степени, но мне легче от этого не стало. Откуда возникло это слово, как вам кажется?

Ковальчук Михаил Валентинович:
Что такое нано? Нано – это одна миллиардная доля метра. Это 10 в минус девятой. То есть, очень маленькая величина. «Нанос» – по-гречески «карлик». И мы говорим о чем-то очень маленьком, что имеет размер 10 в минус девятой. На самом деле, это размер атома и фактически нанотехнологии – это технологии, в основе которых лежит манипулирование атомами и молекулами. Это главное для общего понимания, для простого человека важно осознать, что это технологии атомного конструирования. И второе, развитие нанотехнологий делится на 2 принципиально разных направления. Первая задача – это конструирование любых материалов на принципиально новой основе. Сегодня человечество идет в создании материалов «сверху вниз». Мы с вами берем дерево, отрубаем от него ветки, получаем ствол, бревно, обрезаем бревно – имеем брус, брус превращаем в доски, затем в вагонку. Если мы выплавляем металл – добываем руду, затем тратим энергию, выплавляем огромный слиток, а потом на станке отрезаем все лишнее. По сути, 90% того, что мы затрачиваем – материалов, ресурсов и энергии – превращается в отходы, загрязнения окружающей среды. Нано технологии предлагают иной способ конструирования материалов, снизу вверх. Имея возможность получать атомы и их определенным образом складывать, мы можем конструировать любые вещи, двигаясь снизу вверх безотходным образом. То есть, это принципиально новый энергосберегающий, ресурсосберегающий путь конструирования различных материалов. Это первая задача. Мы говорим о запуске принципиально нового рынка нанотехнологий, на котором мы будем конструировать любые макроматериалы. Это могут быть корпусы атомных реакторов, корпусы кораблей, подводных лодок и космических кораблей, новые строительные и дорожные материалы, но мы будем их создавать принципиально новым путем, идя снизу вверх, конструируя из атомов основы этих материалов. В этом смысле, это новый подход к созданию материалов.

Вопрос телезрителя:
Я из Владивостока. Вы говорите одно, а получается совсем другое. Вот, например, Европа ни о каких нанотехнологиях не трубит. Долго мы разговаривать будем? Когда уже внедрять начнем?

Вопрос телезрителя:
Я выслушал одно направление нано технологий, вы второе обещали сказать, а его нет. В то же время, я пришел к выводу, что нанотехнологии могут заменить ядерную энергетику, то есть, мы можем найти новый способ создания энергетики.

Ковальчук Михаил Валентинович:
Вопрос товарища из Владивостока очень хороший и очень характерный, потому что в последние 10 лет мы стали немножко забывать свои корни и такое забытое слово «патриотизм»– гордость за собственную страну. Когда мы говорим о том, что, например, Америка сильнее, не возникает вопросов. Америка – великая страна, но вопрос в том, что, если мы посмотрим на глобальные открытия, которые перевернули цивилизацию, то они в значительной мере, вышли из нашей с вами страны, Советского Союза и России. Не буду детально вдаваться, это и спутник, и атомные подводные лодки, и атомные ледоколы и атомные корабли. Я хочу напомнить, что атомная энергетика, о которой сегодня говорит весь мир, родилась в Советском союзе, родилась впервые в 1954 году, Курчатов открыл атомную станцию в Обнинске и оттуда пошла вся атомная энергетика. Она вышла из стен Курчатовского института, из нашей с вами страны. В прошлом году, в Елисейском дворце ведущими странами мира был подписан протокол, соглашение о запуске международного термоядерного реактора, то есть, создание искусственного солнца, будущего нашей энергетики. Так вот, слово «такомак», прибор, который лежит в основе этого термоядерного реактора – это русское слово и это было впервые, опять таки, сделано не много десятилетий назад в России, в Советском Союзе, в Курчатовском институте. Если мы говорим о нано технологиях, то наш соотечественник, точнее, ленинградец Жорес Алферов, известный академик, получил свою Нобелевскую премию за гетероструктуры, на которых создается сегодня вся оптоэлектроника, в частности, в которой специализируется Григорий Владимирович. И это есть опять наше с вами введение. Поэтому у нас хорошая база и наши позиции в мире сегодня признанны мировым сообществом в науке.

Ника:
Это далекое будущее? Насколько это настоящее и, может быть, в чем-то прошлое?

Иткинсон Григорий Владимирович:
Я бы хотел объединить два момента. Первое – то, что сказал Михаил Валентинович о принципиальной экономии ресурсов, которой позволяют достичь нано технологии. Прежде, чем говорить, где это применяется практически и когда начнет массово использоваться, я бы хотел сказать, что электроника у нас в стране, как и в Советском Союзе, находится в очень тяжелом состоянии. Нет ни отечественного телевизора, ни приемника. Все заполнено импортными товарами.

Ника:
Вы в данном случае говорите именно про производство?

Иткинсон Григорий Владимирович:
Совершенно верно. Так вот нано технологии – это следующий уровень электроники, в нашей области. Мы производим новое поколение светотехнических приборов, которые изготавливаются по нанотехнологии, и сердцем этого прибора является гетероструктура, о которой Михаил Валентинович сказал. Это позволяет в 10 раз уменьшить потребление электроэнергии, увеличить в 50 раз срок службы самого светотехнического прибора и, учитывая то, что на освещение тратится примерно 15% всей вырабатываемой электроэнергии получить миллиардную, в сотни миллиардов рублей экономию при применении таких приборов. Эти приборы уже разработаны. Питер в этом плане является уникальным местом, потому что здесь сеть: с одной стороны наука, это физико-технический институт, это автор гетероструктур Жорес Иванович Алферов и, с другой стороны, промышленные предприятия, которые способны подхватить эти научные исследования и разработки. Именно сегодня мы можем говорить о начале промышленного производства нового поколения осветительных приборов. Это не только экономия в масштабах всей страны, это экономия конкретно каждому жителю нашего города, тому, кто использует электрическую энергию. Мы много говорим о том, что растут тарифы, что дорожает энергия и вот прямой и реальный вклад нано технологий в экономию энергоресурсов и улучшение условий нашей с вами жизни.

Ника:
Но то, чем занимаетесь вы – это. насколько я понимаю, одно из множества направлений, это и медицина, и сельское хозяйство, и ткани… Такое ощущение, что нано – везде.

Иткинсон Григорий Владимирович:
Я бы сказал так, что отличие нанотехнологии или наноэлектроники от микроэлектроники в том, что есть нано электроника и есть использование нано технологии в медицине, в биологии, в той области, куда микроэлектроника не доходит. Это второе направление нано технологий, связанное уже не с электроникой, а с биологией, медициной и со всем остальным. Но, если опять вернуться к электронике, которая мне ближе, то это, безусловно, следующий уровень микроэлектроники – нанотехнология. Еще раз хочу сказать, что экономия ресурсов, альтернатива простая, либо стоит электростанции, либо экономить электроэнергию. Безусловно, во всех аспектах экономия чего бы то ни было, а электроэнергии особенно, дает огромный вклад каждому из нас. Но этот вклад зачастую трудно измерить. Например, экология. Это сотни тонн вредных выбросов в атмосферу, которые мы все равно нюхаем и чувствуем. Сегодня мы начали уже ставить наши приборы в городе. Мы работаем плотно с администрацией города для того, чтобы это пошло быстрее. Но любая техника, любая инновационная разработка требует усилий не только на ее создание, но и серьезных усилий по ее внедрению.

Ника:
Михаил Валентинович, ведь на уровне разработки это очень дорогая история, и внедрение – дорогая история. Это правда, что без поддержки государства, вообще, невозможно.

Ковальчук Михаил Валентинович:
Во-первых, я хочу, чтобы наши телезрители отчетливо понимал, что нанотехнологии – это не отдельное направление развития технологий, это некий базовый методологический подход атомного конструирования, с помощью которого меняются все технологии без исключения. В этом смысле, это сложная философская вещь, потому что изменение способа производства приводит к изменению экономики, изменению экономического уклада, а значит, к изменению социального уклада общества. В этом смысле, нанотехнологический подход снизу вверх повлечет за собой глубинные изменения в социальной структуре общества. Это отдельный разговор. Григорий Владимирович говорил о наноэлектронике, это одно из множества направлений сегодня. У нас в стране существует, по крайней мере, полтора – два десятка нанотехнологических продуктов кже есть на рынке. Их выпускают наши компании и они конкурентоспособны на западном уровне. Первое – это светотехнические изделия, светодиоды. Второе, , существуют так называемые биочипы, это некие чипы, приборчики, которые позволяют тестировать самые сложные болезни, мгновенно их определять. Например, по мгновенному анализу крови экспресс-диагностика на предмет СПИДа, туберкулеза или многих других инфекционных болезней. Дальше существую нано мембраны. Здесь мы держим устойчивый приоритет в мире. Нано мембраны позволяют, с одной стороны, фильтровать вирусы, например, выделять вирусы опасных заболеваний. Во-вторых, фильтровать комнаты, воздух, очистка воды до нано уровня, то есть, это колоссальная вещь. Дальше, есть композитные материалы, кристаллы, есть порошки, которые наносятся в виде покрытий, придавая качественно новые свойства для колес, для чего угодно. Короче говоря, существует целый спектр изделий, которые есть на рынке. Есть кампании, но эти кампании производят достаточно ограниченный объем, который измеряется на сегодня, скажем, миллионами долларов. Но нам-то с вами нужны миллиарды, сотни миллионов, десятки, сотни, миллиарды. Вопрос состоит в том, чтобы хотя бы для того спектра нанопродуктов, которые сеть на рынке, провести масштабирование, расширить их выпуск, но это невозможно сделать без устойчивой четкой государственной политики, о которой говорил Владимир Путин. Вы говорили про деньги, теперь представьте себе, мы говорим с вами о светотехнике, но ведь сегодня есть заводы, которые выпускают лампочки простые и они не хотят менять их на светодиоды. Никто не хочет этого делать. Как развивается мир, мир развивается очень просто. Вы должны ввести новый стандарт. Например, каждый новый дом, который будет сдаваться в эксплуатацию, в рамках национального проекта, скажем, «Доступное жилье», должен быть, в соответствии с новым техническим регламентом снабжен, например, экономичной светотехникой на основе светодиодов, фильтрами для очистки воды до нано уровня, для питьевого качества и сливов до экологически допустимых норм. И если вы вводите такой новый стандарт, это означает, что каждый дом, вы создаете рынок устойчивый, государственный заказ, но при этом вы стимулируете собственного производителя – раз, второе – вы повышаете качество жизни людей, питьевая вода, экологические сливы, качественно новое освещение, вы экономите ресурсы и т.д. Поэтому без устойчивой ясной политики, технического регулирования со стороны государства запуск высокотехнологического рынка невозможен в принципе. И второе. Вводя эти стандарты технического регулирования вы создаете среду для формирования и выращивания собственных высокотехнологичных компаний. В противном случае, светодиоды все равно будут. Но китайские или чьи-то другие, а наши никогда не появятся. Поэтому государственная политика и выделение средств на создание собственного рынка – есть залог нашей интеграции в 21 веке в мировой глобальный рынок высокотехнологичной продукции, к которой говорил вице-премьер Иванов.

Вопрос телезрителя:
Возьмите меня на работу. Я информационный технолог. Я сделаю так, что слово нано будет ассоциироваться с Россией.

Ника:
А есть надобность в кадрах?

Иткинсон Григорий Владимирович:
Конечно.

Ника:
Вы нуждаетесь в новом поколении или вас и старое поколение ученых устраивает?

Иткинсон Григорий Владимирович:
Это один из принципиальных вопросов. Сегодня появилась молодежь, которая способна решать очень сложные научно-технические задачи. Тот разрыв поколений, который мы все наблюдали, мне кажется, сегодня может быть преодолен.

Вопрос телезрителя:
Зачем вообще нужны нано технологии? На них выделяются бешеные средства из бюджета и пока непонятно куда, потому что самих технологий как таковых нет. Возможно лучше вкладывать деньги в изобретателей, которые уже изобрели что-то полезное?

Вопрос телезрителя:
Сергей Борисович Иванов призвал развивать нашу страну на основе нано технологий. Однако, как известно, совершенно недавно завершилась гонка вооружений, в которой Советский союз имел непосредственное преимущество перед США. Теперь же, нам предстоит гонка за уже развитой Европой и за теми же штатами. Так ли это необходимо для развития нашего государства.

Вопрос телезрителя:
Хорошее слово нано технологии. Таким же модным словом является космический туризм, это не очередное надувательство?

Ника:
Михаил Валентинович, по поводу критики? Скепсиса много у молодежи.

Ковальчук Михаил Валентинович:
Меня немного опечалило мнение наших молодых людей. Дело в том, что если вы чего-то не знаете, это не должно вам позволять делать какие-то жесткие выводы. Вы должны пытаться понять существо. Вопрос заключается в том, что девушка спросила, зачем нано технологии, их нет. Во-первых, я только что сказал. что они есть. Это общеизвестный факт. Второе, дело в том, что речь идет о междисциплинарных исследованиях, о целом спектре технологий, которые переворачивают всю экономику. Речь идет о том, что это могут сделать только страны, у которых развита междисциплинарная наука. Это может делать объединенная Европа только вместе. Каждая отдельная страна не может конкурировать ни с кем. В этой связи Россия является одним из самых мощных и полноценных игроков на этом рынке, потому что междисциплинарная наука развита таким образом только у нас и в США. В этой связи, поскольку все только на старте, все началось только несколько лет назад, американская инициатива была объявлена только в 2000 году президентом Клинтоном, все страны стоят на старте и мы имеем весьма неплохие позиции.

Ника:
Я могу предположить, что, говоря сегодня о нанотехнологиях, мы можем говорить еще о некой вещи, благодаря которой мы можем гордиться нашей страной на мировом уровне, как это было когда-то с космосом… Мы можем, говоря о нанотехнологиях, чувствовать гордость?

Ковальчук Михаил Валентинович:
Абсолютно. Я вам приведу простой пример. Сегодня бум атомной энергетики в мире. Сегодня ключевая проблема, поскольку мы начинаем строить много атомных реакторов, то это означает, что возникает вопрос утилизации последствия атомной энергетики. Представьте себе, сегодня проблема в том, что срок службы станций ограничивается несколькими десятками лет. То есть, 30 – 40 и вы должны эти станции выводить, утилизовать и строить новые. Если вы создадите материал, из которого будете делать корпуса атомных реакторов, который бы служил сто лет, то вы тогда имеете принципиально новую энергетику, которая будет нашей инновацией в мире. Вот у нас есть такие материалы, которые созданы, например, совместно с институтом «Прометей», находящимся в Санкт-Петербурге и «Курчатовским институтом» и целым рядом других институтов, это уже есть фактически. Сейчас идет работа, нацеленная на то, чтобы начинать технологически менять технические регламенты и переходить. Представьте себе, мы будем делать станции первые в мире, которые будут стоять сто лет. И экологическая нагрузка резко уменьшается, долговечность, надежность, масса других вещей. Я таких примеров могу привести десятки.

Ника:
Хочу разобраться. Вот мы слышим - робот и уже кажется, нано технологии. Нано технологии – это же совершенно какая-то другая вещь.

Иткинсон Григорий Владимирович:
Да. Внутренности робота сделаны с использованием нано технологий, точнее микроэлектроники, уже нано электроники.

Вопрос телезрителя:
На сегодняшний день говорят много не только о пользе, но и о вреде нано технологий. насколько я знаю, при их помощи создают пищевые добавки. Я хотел бы знать, могут ли эти добавки повредить моему здоровью.

Вопрос телезрителя:
Я студент южно-уральского государственного университета и знаю, что скоро у нас открывается лаборатория по химанализу материалов. Скажите, насколько перспективны эти исследования и как это повлияет на жизнь простых людей?

Ника:
По поводу вреда, это же новые материалы?

Ковальчук Михаил Валентинович:
Сначала скажу о том, как это влияет на жизнь простых людей? Я хочу сказать, что все мощные проекты, которые реализовались в нашей с вами стране, в Советском Союзе, космические, атомные проекты, они исходно имели военную направленность и только потом оказалось, что из атомной бомбы могла быть выращена атомная энергетика, из космоса туристические полеты, например, или климатические спутники и т.д., масса других вещей. Изначально направленность каждого проекта была только военная. Говоря о нано технологиях, этот проект с самого начала нацелен на улучшение качества жизни людей. речь идее о создании принципиально новых лекарств. Значительная часть лекарств уже сегодня конструируется с помощью нано технологий. Целевая доставка лекарств. Сегодня вы, принимая лекарства, это есть ковровая бомбардировка, вы приняли таблетку, вы лечите нарыв на пальце ноги, а поражаете этим лекарством печень, почки, кровеносную систему, а если вы делаете, так называемый, таггетинг, то есть, целевую доставку, когда вы будете иметь капсулу, которая будет доносить требуемое лекарство прямо в тот орган, который вам надо лечить. Это есть чистый результат нано технологий. Это сейчас развивается полным ходом. Нано технологии ориентированы на конкретные нужды человека, на увеличение продолжительности его жизни и улучшение качества. Теперь о вреде. Знаете, любая новая вещь, наука чем интересна? Она, с одной стороны, двигает человечество вперед и все развитие цивилизации связано с успехами науки, но она сразу носит и отрицательные последствия. Смотрите, была придумана атомная энергия, но была при этом сделана атомная бомба после этого появилась радиация, на пример, после взрыва в Хиросиме и Нагасаки или в Чернобыле. Тогда возникает вопрос, любое новое всегда таит какие-то опасности. Есть два пути у человечества. Первый путь – не развивать новое. Давайте будем топить дровами, не разговаривать по мобильному телефону, потому что наверняка он стимулирует развитие болезни мозга. Давайте остановим телефонную связь, автомобили давят людей, люди гибнут под колесами, самолеты иногда падают, поезда сталкиваются. Давайте остановим цивилизацию, будем жить в лесу и тогда будем гибнуть только от удара молнии. либо второй вопрос, давайте развивать технологии, улучшать качество жизни. но делать это осознанно. Молодые люди задают правильные вопросы, делать это надо осознанно, четко предсказывая опасности и создавая систему защиты общества от этих опасностей. Это есть отдельная часть, на которой государство, выделяя огромные деньги, планирует потратить значительную часть этих денег на создание стандартов метрологии для защиты граждан от возможных вредных последствий любого развития технологий, в данном случае, нано технологий.

Вопрос телезрителя:
Как вы думаете, может ли специалист по нано технологиям появиться в ВУЗе? Если да, то через какое время?

Ника:
Может ли вообще специалист по нано технологиям существовать? Ведь вообще физику никто не отменял.

Иткинсон Григорий Владимирович:
Специалист по нано технологии – это очень широкое понятие. В нано технологии есть отдельное ответвление, отдельная специализация. Конечно, специалисты в этих областях обязательно нужны, будут и есть сегодня. К примеру, у нас в фирме работают специалисты по эпитаксиальному выращиванию гетероструктур, специалисты по изготовлению чипов.

Ника:
Должно быть какое-то появление новых специализаций?

Иткинсон Григорий Владимирович:
Безусловно.

Ника:
Михаил Валентинович, как вам кажется, как должен называться специалист, занимающийся нано технологиями, нано технолог?

Ковальчук Михаил Валентинович:
Нет. Я заведую в МГУ кафедрой, которая называется физика нано систем. У меня есть такие молодые люди, как эта очаровательная девочка на малой садовой, которые тоже задают такие вопросы и если в прошлом году у меня на кафедру поступало, там было человек 5 – 7, то в этом году было 50 желающих. Теперь я скажу вам, надо, на самом деле, исключать всякие разные блефы и обманы для людей. Что такое нано технолог? Это человек, который должен знать все. Такого не бывает. На самом деле, смотрите, что такое теперь нано технология, вторая задача, о которой я обещал сказать? Если первая – это запуск рынка и новых материалов, то вторая задача называется запуск будущего. Речь идет о следующем. Что есть высшее достижение природы? Это человек, правильно? Что есть лучше компьютера? Это наш мозг. Смотрите, я сижу разговариваю с вами, у меня бьется сердце, работают почки, зрение, я могу двигать руками и еще какие-то мысли шевелятся в голове и все это делает один компьютер, которые осуществляет параллельные процессы, оперирую десятками датчиков. В этом смысле человек есть венец природы. Смотрите, мы же с вами живем не потребляя ни бензина, ни какого другого топлива, мы имеем биологическую энергию. Когда-то мечтал Норберт Винер 60 лет назад о создании бионики, науки, которая будет заниматься копированием живой природы. Но 60 лет назад, когда начали создавать компьютер, его было нельзя создать биологическим, потому что в молекуле белка, в кристаллике, в элементарной ячейке сотни тысяч атомов, а в кремнии, который есть в любой электронной схеме всего 8 атомов. Человечество взяло модельку и игралось с ней 60 лет, но за это время наука продвинулась настолько, что мы точно знаем, как утроен белок и как он работает. Сегодня начинается новый этап запуска будущего. Он заключается в следующем. Мы создали уникальные технологии, в первую очередь, технологию микроэлектроники, которой мы делаем интегральные схемы, но в это время мы разобрались, как работают биологические молекулы. Теперь представьте себе, мы с вами решим сделать искусственный глаз, мы соединим интегральную схему с биологическим объектом и это будет новый существенный шаг, это и есть запуск будущего, но он требует междисциплинарных специалистов. Я приведу простой пример. Представьте, есть человек, который что-то знает, он чему-то обучен, например, косить траву. Он важный человек и он умеет делать эту операцию очень квалифицированно и хорошо, но если вы ему предложите сделать что-то другое, он уже не может сделать, у него нет тех навыков. А вот есть человек, который обладает более широкой эрудицией. Этот человек может делать одно, второе, третье, четвертое и пятое. Этот человек более продвинут, эрудированный человек, у него ай Кью выше. А теперь давайте поговорим о простой вещи. Смотрите, мы решили с вами создать искусственный глаз, для этого нам надо собрать 10 – 15 людей представителей разной специальности. Нужны люди, которые понимают в зрении, нейроофтальмолог, доктор, оптик – это один уровень. Второй уровень – выделить белок родопсин, наше с вами зрение – это уникальный оптический прибор, глаз, а с другой стороны фоточувствительный белок родопсин. Дальше нам нужны молекулярные биологи, которые выделят этот белок, очистят. Физики, химики, кристаллизаторы, специалисты в электронных схемах, которые сделают схему, которые сделают пленку из этого белка, положил ее на интегральную схему и сделают прибор. 15 людей, каждый специалист, нов своем узком деле. Их надо собрать вместе и дать им одну задачу, общие деньги и одну цель. Если мы соберем только 5 представителей – будут уникальные результаты, которыми кто-то потом воспользуется, но глаза не будет, конечного результат. Поэтому нам нужны институциональные изменения в смой научной и образовательной среде. Нам надо собрать этих людей вместе, дать им одну задачу и только тогда будет глаз. А теперь представьте, как мы сегодня это можем делать? Мы можем это сделать, но нужен человек, который бы понимал во всем. Поэтому нано технологии – это не значит, что появится человек нано технолог. нам нужен химик, физик. инженер, биолог, но они должны отличаться от обычного химика, физика, биолога тем, что они больше знают другие науки, междисциплинарные. Мы сейчас предлагаем следующую вещь. Кафедра, подготовка нано специалиста. У вас учится человек в ВУЗе электронном и учится, будет инженер электронный. Другой учится на физика, на химика, на биолога, на технолога и т.д., а потом они окончили бакалавриат 4 года и поступили в магистратуру и дальше… Смотрите, сегодня нас после 4 лет, после трех начинается специализация, а мы должны начать интеграцию, чтобы подготовить специалистов междисциплинарного профиля и их будут учить всех химики, физики, но не для физика. Будут читать физику, но ориентируя не на физика, химию, но ориентированную не на химика, биологию не на биолога. В результате, мы создадим за 2 – 3 года среду, состоящую из людей принципиально нового образования, пригодных для междисциплинарных исследований. Но сегодня такие люди есть, потому что физики, как правило, являются существенно более широко продвинутыми во многих вещах. Поэтому физик может исполнять роль нано технолога для будущего, а материалы, там много материаловедческих людей, которые этим заняты. То есть, ситуация оптимистична, но мы с вами должны смотреть в будущее и не потерять его. Это есть важный момент сегодня, говоря о второй задаче.

Ника:
Как называется ваш университет?

Ковальчук Михаил Валентинович:
МГУ им. Ломоносова.

Ника:
Я подозреваю, что есть молодые люди, которые были очень заинтригованы перспективам, которые вы нарисовали.

Вопрос телезрителя:
Как говорит наш президент, надо отделять мух от котлет, а в вопросах инновации это особенно важно, потому что главная характеристика человеческой личности – это то, что он способен придумать. То есть, ни возраст, потому что в противном случае, мы получим выскочек.

Ника:
Вообще говорят, что сейчас обманывать начнут. Все обзовут нано технологиями…

Иткинсон Григорий Владимирович:
Чем характеризуются нано технологии – это то, что они дают крупные государственные эффекты. Они дают эффекты энергосбережения, они дают другие условия для жизни человека и эти вещи легко увидеть и посчитать. Поэтому говорить о том, что бизнес такой плохой в этом плане нельзя. Единственное, что нужно эффект, который получается в государственном масштабе, привести к эффекту для каждого человека. В принципе, это возможно.

Вопрос телезрителя:
Как может развиваться наука, если зарплата ученых очень маленькая и молодое поколение, в том числе по нано технологиям, сложно будет вырастить.

Вопрос телезрителя:
Можно ли с помощью нано технологий продлить жизнь человека, потому что известно, что мы можем жить больше 80 – 100 лет.

Вопрос телезрителя:
Чем конкретно в области нано технологий может заняться не огромная корпорация, а небольшое частное предприятие?

Ника:
Можно же вырастить кристаллы, заняться атомами?

Иткинсон Григорий Владимирович:
Нет. Нано технологии – это удел крупных фирм.

Ника:
Это как освоение космоса. Не может одна фирма «Ромашка» заниматься освоением космоса.

Иткинсон Григорий Владимирович:
Но с точки зрения идей, принципиально новых подходов, здесь могут возникнуть варианты и малых фирм, особенно, с точки зрения применения результатов нанотехнологий. Ведь нанотехнологии создают массовые продукты, а дальше стоит задача их продвижения, широкого распространения, модернизации, адаптации и т.д.

Ника:
Михаил Валентинович, может быть, вы про срок жизни что-нибудь знаете?

Ковальчук Михаил Валентинович:
Хорошо известно, что люди, которые получают правильную диагностику и лечение, они живут дольше. И все нацелено именно на то. Телезритель затронул очень правильный вопрос. На самом деле, для того, чтобы большие корпорации или малые фирмы образовывались и занимались нано технологиями, государство должно создать условия, эти условия и есть формирование частного государственного партнерства. Это не наше изобретение, это стандартный мировой путь развития. Большие корпорации и маленькие фирмы потянутся туда, куда государство вкладывает деньги, когда государство дает сигнал бизнесу. Меня опечаливает некомпетентность наших молодых людей. Может быть, это беда наших СМИ. Вот молодой человек говорит, что теперь в науке маленькая зарплата. Например, в Академии наук средняя зарплата 30 тысяч рублей. Смоей точки зрения, это, если говорить не о Москве, большая зарплата. На самом деле, государство в последние 2 – 3 года абсолютно четко повернулось к высокотехнологичной сфере. Инфраструктурные изменения сегодня огромные. Они подготовили нашу научно-техническую сферу к деятельности на прорывном направлении, которым являются нанотехнологии.

Ника:
Сколько должно пройти лет, чтобы слово нанотехнологии стало понятно любому ребенку так, как он сегодня понимает, что такое компьютер и где его включить. 50 или меньше?

Ковальчук Михаил Валентинович:
Пять. Я вас могу убедить в этом. Я каждый день вижу школьников в Курчатовском институте. Они приходят с одними вопросами, а уходят совсем другими и с другими глазами.

Иткинсон Григорий Владимирович:
Сегодня нанотехнологии открыты для молодежи. Она должна туда активно пойти, потому что это то место, где они могут себя проявить и реализовать. Это тот частный случай, когда я согласен с Михаилом Валентиновичем, 5 лет вполне достаточно при сегодняшних темпах развития.

О программе

«Открытая студия» — актуальное общественно-политическое ток-шоу Пятого канала, выходящее в прямом эфире. Известная телеведущая Инна Карпушина — не просто компетентный собеседник и опытный интервьюер, она чувствует, пропускает через душу, сопереживает и вместе с вами ищет выход.


Комментарии

Комментирование закрыто

Мы в твиттеревконтактефейсбуке