«Конституционный суд»

21.05.2008, 14:45 Открытая студия

Зачем Петербургу Конституционный суд? Не влетит ли его переезд «в копеечку» простым гражданам? С какими вопросами можно обращаться туда? Просвещаемся и обсуждаем!

Ника: Добрый день. Как всегда по будням в это время в эфире программа «Открытая студия». Как всегда мы приветствуем вас в прямом эфире в нашей знаменитой Открытой студии в центре Петербурга.

Гость в Петербурге: судья Конституционного суда, лауреат Государственной премии в области науки и техники, заслуженный юрист РФ Сергей Михайлович Казанцев.

Казанцев Сергей Михайлович: Так же как и Конституция, Конституционный суд создан, прежде всего, для граждан РФ, для иностранцев, лиц без гражданства, то есть, для всех, кто живет на территории РФ.

Ника: То есть, иностранцы могут туда обратиться?

Казанцев Сергей Михайлович: Обращаются, и не редко. Их права мы тоже защищаем.

Ника: Скажите, что будет 27 числа? Вы будете торжественно перерезать ленточку? Может быть, приедет управляющий делами президента, может, президент приедет, праздник какой-то будет, шарики воздушные и торт со свечками?

Казанцев Сергей Михайлович: Первый раз слышу о таком. Вообще, мы уже приступили к работе. Дата в указе президента, который был издан еще в феврале этого года, дата переезда была указана с 21 февраля по 21 мая 2008 года. Как раз 21 мая мы приступили к работе. Большинство судей еще позавчера, вчера приступили к работе и сегодня практически в полном составе судьи Конституционного суда работают в Петербурге.

Ника: У каждого свой кабинет?

Казанцев Сергей Михайлович: Конечно.

Ника: А почему вас 19 человек? Не 21, не 104?

Казанцев Сергей Михайлович: Само число в значительной степени условно. Не обязательно должно быть 19. По закону, который существовал до Конституции 1993 года, предусматривалось 15 судей, включая председателя. На референдуме было принято и сейчас в Конституции определено число 19. 19 – число достаточно большое. И наш суд РФ – один из самых крупных по числу судей в мире.

Ника: А обычно сколько?

Казанцев Сергей Михайлович: В зависимости от размеров государства бывает и 7, и 10. У нас страна большая.

Ника: У нас нет никакого регионального принципа подбора судей?

Казанцев Сергей Михайлович: Специального подбора по такому принципу нет. Но, вместе с тем, надо отдать должное президенту, который предоставляет кандидатуры судей в Совет Федерации, Совет Федерации утверждает судей. Так вот президент учитывает, что страна большая и является федерацией. Поэтому есть представители от Дагестана, от Карачаево-Черкесии, от Петербурга нас трое, есть от Екатеринбурга, от Сибири, от самых разных регионов.

Ника: И президент лично с каждым встречается до того как назначить? Вы лично встречались?

Казанцев Сергей Михайлович: Я, лично, нет. Я думаю, что мы с Владимиром Владимировичем знакомы по Петербургу, я не был для него новым человеком.

Ника: Мы не хотим долго обсуждать имущественный вопрос, но вы знаете, что здесь много всяких разговоров шло. Как вам кажется, сейчас улеглось это? Все кому пришлось приехать из Москвы в Санкт-Петербург, все смирились с тем, что Конституционный суд теперь будет в Санкт-Петербурге?

Казанцев Сергей Михайлович: Я бы даже не сказал, что смирились. Я думаю, восприняли это как должное. Это необходимо для работы суда и, естественно, у каждого судьи была возможность выбрать, ехать в Петербург в качестве судьи или остаться в качестве судьи в отставке в Москве.

Вопрос телезрителя: Хочу поздравить Сергея Михайловича с возвращением в родной город. Это бывший его студент, я с удовольствием вспоминаю, Сергей Михайлович, ваши лекции по истории государства и права России, выпуск 1998 года. Вопрос у меня такой: я и на занятиях по государственному праву интересовался, почему в США функции Конституционного правосудия выполняет Верховный суд. А у нас создан специальный судебный орган. Только ли в разнице англо-саксонской и германской правовых систем дело или есть еще какие-то причины? Как ваше мнение?

Ника: При условии, что у нас тоже есть Верховный суд.

Вопрос телезрителя: Я согласен, что Конституционный суд обязательно нужен в демократической стране, но хорошо ли, когда судьи будут работать в такой роскоши, просто роскоши. Нельзя ли просто работать, чтобы была недорогая офисная мебель и т.д. Просто столько денег выброшено, хорошо ли это?

Казанцев Сергей Михайлович: Трудно привыкнуть к роскоши, тем более что в Москве все было гораздо скромнее. Но, с другой стороны, наверное, можно согласиться с Владимиром Владимировичем Путиным, который посчитал, что целесообразно такой дворец, каким является здание Сената и Синода, использовать для государственных учреждений, а не для очередного отеля.

Ника: Там архив не один век был.

Казанцев Сергей Михайлович: Я думаю, если восстанавливать это здание, то его назначение для Конституционного суда не хуже, чем его назначение для какого-то другого учреждения. И если он был таковым, то, наверное, не так уж напрасны эти траты. Это должно, наверное, внушать уважение к суду и в этом смысле, наверное, это необходимо. Сочетание двух факторов, во-первых, это исторический памятник, который был просто восстановлен, во-вторых, конечно, высокий статус Конституционного суда, который тоже необходим. И когда строился Сенат в 19 веке, это здание, которое построил Росси, то это тоже было необходимо для подчеркивания роли Сената в управлении государством.

Ника: Меня удивляет строжайшая система безопасности. Я не знаю, чем вы там занимаетесь в вашем суде, просто какой-то военный завод. Я была в Гааге, в этом знаменитом Гаагском суде, не в трибунале, а в том суде, который еще Николай Второй создал, туда можно прийти, там есть экскурсии. Лапать руками все не надо, но все не так закрыто. Вам не кажется, что надо сделать как-то более демократично. Может быть, тоже ввести какую-то экскурсионную систему. Даже в Белом Доме есть экскурсии. А то очень вы недоступные пока. Такая богатая недоступная судебная система.

Казанцев Сергей Михайлович: Наверное, надо сделать более доступным, но охрана суда осуществляется Федеральной службой охраны.

Ника: Что, есть какие-то случаи, когда люди покушались?

Казанцев Сергей Михайлович: Нет, и слава Богу, пока ничего подобного не было и, надеюсь, не должно быть, но здесь новая охрана, новое учреждение. Раньше нас охраняла милиция, отделение милиции в Москве, здесь Федеральная служба охраны.

Ника: ФСО – это главная…

Казанцев Сергей Михайлович: Они как всегда серьезно относятся к своим обязанностям…

Ника: Через чур. Пугают народ.

Казанцев Сергей Михайлович: Может быть. На первых порах необходима какая-то притирка. Судьи тоже за то, чтобы доступ был более свободным. По закону, на публичные заседания имеет право прийти каждый, кто подтвердит свою личность паспортом или другим соответствующим документом.

Ника: То есть, я не обязана иметь какое-то отношение к делу, которое слушается, я могу просто прийти посмотреть, кто вы, как это все выглядит?

Казанцев Сергей Михайлович: Совершенно верно. Все заседания, за исключениями, которые в законе предусмотрены, на практике не разу не было, то есть, все заседания Конституционного суда являются открытыми. Но, поскольку число мест в зале ограничено, то лучше, учитывая некоторый ажиотаж, который сейчас создан в связи с переездом, то, конечно, лучше заранее придти, записаться, объяснить, кто вы, как и почему и тогда поучаствовать.

Ника: По поводу Верховного суда США, у нас есть и Верховный, и Конституционный суды, надо ли это делать?

Казанцев Сергей Михайлович: Я думаю, что это целесообразно именно с учетом развития в правовых и судебных системах США и вообще англо-американской системы права и европейской.

Ника: То есть, ваш студент был прав?

Казанцев Сергей Михайлович: Да, я думаю, что его предположение правильно, именно по этому принципу и создаются Конституционные суды. То есть, те страны, которые восприняли англо-американскую систему… Англо-американская система – это система прецедентного права, то есть, там, на ряду с законодательством, чрезвычайно большое значение, в качестве источника права, имеют судебные решения, особенно решения Верховных судов США или других стран. Там, где эта система существует, например, в Канаде или Великобритании, Австралии и т.д., там роль судов в целом выше и иная. Там любой суд, не только Верховный, не только Конституционный, не только выполняющий роль высшего суда, но любой суд в праве принять жалобу на нарушение Конституции. У нас, обжаловать нарушение законом Конституции можно только в Конституционном суде. То есть, если нарушаются ваши права, например, право свободы слова или свободы совести, то, конечно, можно, но при этом это должно нарушаться законом, действиями должностных лиц, тогда можно обжаловать, конечно, в любом суде и не обязательно даже в суде. Но если вы считаете, что закон или другой правовой акт противоречит Конституции, то такой закон в нашей системе можно обжаловать только в Конституционном суде.

Ника: Вы говорите - прецедентное право. Прецедентное, то есть, если случается дело по какому-то конкретному случаю и человек считает, что сажать деревья перед домом можно, а ему запрещают. Суд решает, что можно. То все последующие дела похожие не будут рассматриваться, потому что уже в таком-то году этот суд решил…

Казанцев Сергей Михайлович: Они будут рассматриваться, но выноситься на основе того решения, которое когда-то было вынесено.

Ника: Как вам кажется, это справедливая система? Симпатична ли она вам как профессионалу? В каких-то случаях вы жалеете о том, что у нас этого нет?

Казанцев Сергей Михайлович: Это как правостороннее и левостороннее движение, какое лучше? Наверное, в наших условиях не целесообразно переходить на другую систему автомобильного движения. Точно так же нецелесообразно и переходить на другую систему права. Я считаю, что в нашей системе Конституционного суда более целесообразное решение вопроса об обжаловании законодательных актов и других решений.

Ника: При этом всех уровней законодательных актов? Или это должно быть постановление именно Думы? Я понимаю, что у нас в Петербурге есть Уставный суд и, если мне не нравится какой-то закон местный – я пойду туда?

Казанцев Сергей Михайлович: Не совсем так. В Конституционном суде можно обжаловать законы не только Российской Федерации, но и законы субъектов федерации, региональные. Если это решение, принятое каким-то муниципальным органом, например, городом Волгоградом или Саратовом, это решение нельзя непосредственно обжаловать в Конституционном суде. Если же это закон, принятый Законодательным собранием Петербурга или другим законодательным органом другого субъекта Федерации, например, Татарстана, Москвы, Московской области и т.д., то тогда можно непосредственно эти законы обжаловать к нам. Первое дело, которое возможно будет рассматриваться на пленарном заседании здесь в Петербурге, будет по обжалованию решения ставропольского закона. Там губернатор оспаривает закон Ставропольского края.

Ника: Губернатор оспаривает?

Казанцев Сергей Михайлович: Да. Губернатору не понравился закон, который, в частности, лишает его возможности иметь должность вице-губернатора. Ему это не понравилось, он это обжалует.

Улица в Петербург: Как президент контролирует работу Конституционного суда?

Ника: А действительно, что же вы совсем бесконтрольно существуете?

Казанцев Сергей Михайлович: Я думаю, что нас не нужно контролировать. И, хотя президент является гарантом Конституции, но реально Конституционный суд осуществляет контроль, надзор за соблюдением Конституции всеми органами, в том числе и президентом.

Ника: А, это вы контролируете президента, а не он вас.

Казанцев Сергей Михайлович: Конечно. Не столько является нашим гарантом, хотя должен гарантировать работу Конституционного суда, но вместе с тем мы постоянно принимаем жалобы на указы президента.

Ника: Много жалоб на указы президента? Вообще люди много жалуются на законы, региональные ли, государственные ли?

Казанцев Сергей Михайлович: Я примерно могу сказать, сколько жалоб мы получаем. Мы получаем в общей сложности не менее 15 тысяч разных жалоб и обращений в год. Это примерно. До рассмотрения судьями доходит несколько сотен, не менее пятисот. От года к году колеблется по-разному. Это число жалоб, с которыми работают непосредственно судьи. Но уже все судьи. То есть, у нас нет индивидуального рассмотрения судьей той или иной жалобы. Решение о том, принять жалобу к дальнейшему рассмотрению или отклонить принимается пленумом, то есть всеми 19 судьями.

Ника: Я не очень представляю, как выгладит ваша работа. То есть, вы каждый день приходите в 9 или 10 часов утра… Такое ощущение, поскольку мы не так часто видим, когда выносится решение по каким-то там ярким делам, интересующим многих людей, кажется, что вы собираетесь раз в полгода, мантии надели, что-то сказали… Как выглядим ваша ежедневная работа?

Казанцев Сергей Михайлович: Это только вершина айсберга. То, что показывают по телевизору и те публичные заседания, в которых мы участвуем, и о которых говорят – это десятая часть нашей работы. Основная работа связана с рассмотрением жалоб и подготовкой дела к слушанию с вынесением решения. То есть, то, что делается не на публике. Это не делается закрыто и тайно, но вместе с тем существует тайная совещательная комната, она существует не только в судах общей юрисдикции, но и, естественно, в Конституционном суде, и в этом смысле большая часть работы не видима для публики. Мы работаем практически каждый день с утра до вечера.

Ника: У вас у каждого свой кабинет, вы в кабинете готовите свое решение, потому вы все 19 собираетесь, обсуждаете, выносите какое-то решение?

Казанцев Сергей Михайлович: Совершенно верно. Именно так. У нас много жалоб, которые даже не требуют рассмотрения предварительной подготовки судьями. Эта часть жалоб представляется нашим секретариатом и там, где очевидно жалобы нелепые или необоснованные… Надо отдать должное, что нелепых жалоб мало, а вот жалобы, которые либо не обоснованы, либо явно не подведомственные, они могут дойти до судьи в случае, если гражданин не согласен с тем, что ему отвечает секретариат, он может потребовать, чтобы суд коллегиально рассмотрел его жалобу.

Ника: То есть, если даже получен отказ, можно сделать еще одну попытку.

Казанцев Сергей Михайлович: Да, это не последняя инстанция, можно на решение секретариата, полученное по почте, как правило, прислать жалобу и требовать рассмотрения судьями.

Ника: Но когда вы надеваете мантии и когда уже выходите к людям, ваше решение окончательное и не подлежит обжалованию уже нигде в стране?

Казанцев Сергей Михайлович: Не только эти. Решения об отклонении жалоб тоже не подлежат обжалованию.

Ника: Получается, что человеку далее биться внутри России негде? Это последняя инстанция?

Казанцев Сергей Михайлович: Не совсем так, потому что, если жалоба нам не подведомственная, то мы указываем, что это не наш вопрос, обращайся, пожалуйста, в суды общей юрисдикции. Либо это будет районный суд, либо арбитражный суд, но нам этот вопрос не подведомственный. Это не значит, что мы последняя инстанция.

Улица Омск: Как проверяется профпригодность судей, например, устойчивость к взяткам? Были ли случаи в России отзыва судей и как эта процедура происходит?

Казанцев Сергей Михайлович: Я думаю, речь идет обо всех судьях, а не только о судьях Конституционного суда.

Ника: Честно вам скажу, когда мы здесь говорим о судах, всегда много звонков и говорят, что суды у нас погрязли в коррупции, как бы обидно это не было слушать честным порядочным людям, но у нас про медиков и про ГАИ так всегда говорят. Поэтому, я думаю, что зрительницу интересует, не подвержены ли вы этой коррозии, или есть желающие все-таки привезти к вам в чемодане, губернатор какого-нибудь края не привезет вам денег?

Казанцев Сергей Михайлович: Я лично не только не сталкивался с таким, но даже не слышал, чтобы в Конституционном суде кто-то как-то, не только судьи, но даже сотрудники были связаны с взяточничеством или другим видом коррупции или еще с какими-то неблаговидными поступками.

Ника: Но, с другой стороны, вы все-таки рассматриваете правомочность законодательных актов, когда дело касается очень крупных чиновников, правильно7

Казанцев Сергей Михайлович: Совершенно верно.

Ника: Все равно, губернаторы могут захотеть повлиять на вас, депутаты Думы, Федеральное Собрание, кто-нибудь из администрации президента, ведь много влиятельных людей в этой стране. Может по этому у вас ФСО там и работает, чтобы не только людей с улицы не пускать, но и всех остальных?

Казанцев Сергей Михайлович: Кстати, может быть, в какой-то степени поэтому здание Сената. Если люди работают в такое роскоши, то зачем им еще брать десять тысяч долларов или сто тысяч рублей, чтобы улучшить свою роскошь? Может быть, для того и создавались такие хорошие условия в Петербурге, чтобы у судей Конституционного суда даже мысли не возникло, что можно еще как-то улучшить. Действительно, судьи работают в очень хороших условиях. И когда речь шла о переезде, то Владимир Владимирович сказал на встрече с судьями, что если они не возражают против переезда, то он обещает, что условия в Санкт-Петербурге будут лучше среднеевропейских.

Ника: Этим, наверное, вызваны и дачные коттеджи, и квартиры… Кстати, квартиры у вас служебные или они вам подаренны?

Казанцев Сергей Михайлович: У нас это не квартиры, а действительно коттеджи, которые находятся на Крестовском острове, они служебные, то есть, на период работы в суде.

Ника: А вы пожизненно находитесь на этой должности?

Казанцев Сергей Михайлович: Да, судьи назначаются без ограничения срока, но до 70 лет.

Ника: Мы помним события на Украине, когда там снимали, не снимали, бунтовала власть, у нас были случаи, когда судьи покидали свою работу?

Казанцев Сергей Михайлович: Нет. У нас ни добровольных отставок, ни принудительных…

Ника: Но президент за какую-то серьезную провинность может снять с человека эту почетную должность?

Казанцев Сергей Михайлович: Да, но с согласия судей Конституционного суда. Вопрос о привлечении к ответственности судьи Конституционного суда решается другими судьями Конституционного суда.

Ника: Вы пришли в суд в 2002 году, суд уже работал. Вы на чье-то место пришли?

Казанцев Сергей Михайлович: Да, потому что по возрасту ушла судья, и я пришел на ее место.

Ника: Сколько лет самому молодому судье?

Казанцев Сергей Михайлович: Чуть больше пятидесяти.

Интернет-вопрос: Сколько же будут получать судьи?

Интернет-вопрос: Почему нельзя жалобу в Конституционный суд отправить только по электронной почте без какого-то документального аналога?

Интернет-мнение: Судьи Конституционного суда сами виноваты, что про них не знают. Они очень мало общаются с прессой и не комментируют решения. Очень скованы в высказываниях, не имеют лица. Нужен контакт с людьми и грамотный пиар.

Ника: Вам запрещен пиар, может быть?

Казанцев Сергей Михайлович: Нет. Нам запрещено комментировать те законы, которые могут стать предметом рассмотрения в Конституционном суде.

Ника: Так любой закон, теоретически, может стать предметом рассмотрения?

Казанцев Сергей Михайлович: Совершенно верно. Мы не вправе комментировать такие законы.

Ника: То есть, очень узок круг тем, с которыми к вам можно обратиться?

Казанцев Сергей Михайлович: Совершенно верно. Как правило, мы можем комментировать только уже вынесенные решения. Учитывая, что даже эти решения могут подлежать различному толкованию, часто так и бывает, что по разному толкуются, то судьи, как правило, осторожны в комментариях даже собственных решений.

Ника: Тем более, вас всего 19 человек. Мы сейчас любого человека остановим на улице, попросим назвать любимых артистов, они нам штук сто назовут легко. 19 человек запомнить не сложно.

Казанцев Сергей Михайлович: Валерия Дмитриевича Зорькина, наверное, многие помнят.

Ника: Да. Хоть Валерия Дмитриевича знают. Давайте по поводу зарплаты. Вы, наверное, не хотите цифры называть?

Казанцев Сергей Михайлович: Не хотелось бы, потому что я не уполномочен другими судьями, а это вопрос…

Ника: А по поводу почты, давайте объясним людям технический вопрос. Кто должен, человек сам или его адвокат?

Казанцев Сергей Михайлович: Был вопрос об электронном виде, в электронном виде сейчас, действительно, нельзя. Эта процедура должна быть прописана в законе, в том числе, в законе о Конституционном суде. Мы пока не готовы к тому, чтобы принимать документы в электронном виде. Я здесь не компетентен, не знаю в чем тут основные сложности. Наверное, сложности есть. Мне кажется, что и другие суды пока еще не принимают документы в электронном виде.

Ника: Надо ли каждому человеку теперь лично приехать в Петербург, прийти, либо это письмо с уведомлением?

Казанцев Сергей Михайлович: Конечно. Это можно отправить по почте, даже не обязательно специальной почтой, просто по почте прислать письмо и указать, какие требование. Все основные требования указаны в законе о Конституционном суде. Но надо читать регламент Конституционного суда. Надо почитать Закон о Конституционном суде.

Ника: А жалоб на Закон о Конституционном суде у вас никогда не было?

Казанцев Сергей Михайлович: Очень много. У нас ведь решения окончательные и обжалованию не подлежат, поэтому люди, не довольные нашими решениями, начинают жаловаться на те нормы закона, которые препятствуют им обжаловать это решение. Так что таких жалоб довольно много.

Ника: О решениях Конституционного суда, к сожалению, негде прочитать. Я думаю, у вас огромный повторный вал одних и тех же претензий, людей, потому что они не знают, что уже были такие дела и уже рассматривались проблемы.

Казанцев Сергей Михайлович: Знаете, в современных условиях, когда существуют информационные базы законодательства, «Гарант», «Консультант», «Кодекс» и т.д. Мы публикуем, действительно, не все наш решения, не все отказные… Но буквально все, включая отказные решения по самым мелким незначительным делам, находятся в этих правовых базах. Поэтому тот, кто хочет что-то найти для себя – он найдет.

Вопрос телезрителя: Скажите пожалуйста, если Конституционный суд разъясняет своим определением норму закона, то означает ли это, что это действует с момента принятия закона, а не с момента принятия определения? И второе, как воздействовать на заинтересованное лицо, если оно не правильно понимает разъяснения Конституционного суда, и способен ли Конституционный суд, если он в своем определении не правильно трактовал закон, способен ли Конституционный суд признать свою ошибку и исправить это?

Вопрос телезрителя: В 2010 году будет отменена бесплатная приватизация, но мы не по своей воле, а из-за воли жилищников уже много лет считаемся аварийными и в этом нам отказывают. Выходит, что на конец 2008 года мы не знаем своей судьбы, нас только обследуют. А потом, если мы захотим приватизироваться, мы вынуждены будем выкупать жилье. Мы были в районном суде. На текущий момент судом было принято решение отремонтировать нас.

Вопрос телезрителя: Вопрос о противоречии федерального законодательства и подзаконного акта правительства РФ, рассматривают ли в Конституционном суде это?

Улица Петербург: Можно ли в нашем Конституционном суде обжаловать приговоры по уголовным делам?

Казанцев Сергей Михайлович: Нет, нельзя. Никакие конкретные решения по уголовным делам, никакие приговоры обжалованию в Конституционном суде не подлежат. Что касается законов и подзаконных актов, помимо законов, некоторые подзаконные акты, в частности указы президента и некоторые постановления правительства, подлежат обжалованию в Конституционном суде, постановления правительства только в том случае, если они изданы во исполнение закона. Не просто постановления правительства, а разъясняющие какой-то закон.

Ника: Ошибки бывают в вашей работе? Признаете ли вы эти ошибки и исправляете ли их?

Казанцев Сергей Михайлович: Ошибки бывают в основном редакционные, в таких случаях мы просто вносим исправления. Что касается несогласия с решением Конституционного суда, то такие несогласия могут выражать даже судьи Конституционного суда.

Ника: Бывают моменты, что вы настолько делитесь, что не можете вообще ни к какому решению прийти? У судей есть право написать особое мнение, и оно подлежит опубликованию? Вам приходилось когда-нибудь писать особое мнение?

Казанцев Сергей Михайлович: Дважды я писал особое мнение. Даже когда я писал свое особое мнение, все-таки я не могу сказать, что решение Конституционного суда является ошибочным. Может быть, ошибался я.

Ника: По поводу принятия закона или принятия определения Конституционного суда, первый вопрос был сложный.

Казанцев Сергей Михайлович: Первый вопрос был достаточно грамотный, видимо человек уже столкнулся с работой Конституционного суда. Вопрос, прежде всего, о вступлении в силу решений Конституционного суда. Решения, как правило, вступают в силу с момента их опубликования или провозглашения. То есть, провозглашая решение, Конституционный суд тем самым отменяет тот или иной закон, который не соответствует Конституции, либо дает его истолкование. Как правило, провозглашается решение. В законе написано «с момента провозглашения». Поскольку большинство наших решений не провозглашается в зале заседания, то реально, большинство граждан узнают после опубликования.

Ника: Дама спрашивала про приватизирование жилья, скажите, какие инстанции надо пройти, чтобы до вас добраться?

Казанцев Сергей Михайлович: Формально не надо. Формально говорится о применении. То есть, если человек считает, что его право нарушено, то должно быть доказательство того, что этот закон в его конкретном деле применен. Он может быть применен не обязательно судом.

Ника: То есть, можно перепрыгнуть через голову городского суда и пойти к вам?

Казанцев Сергей Михайлович: Да, конечно. В принципе, достаточно решения районного суда.

О программе

«Открытая студия» — актуальное общественно-политическое ток-шоу Пятого канала, выходящее в прямом эфире. Известная телеведущая Инна Карпушина — не просто компетентный собеседник и опытный интервьюер, она чувствует, пропускает через душу, сопереживает и вместе с вами ищет выход.


Комментарии

Комментирование закрыто

Мы в твиттеревконтактефейсбуке


Смотрите также

Открытая студия

Холодный приём в Белом доме. Почему Порошенко называют политическим трупом и когда ему объявят импичмент? Какие сценарии он спешит написать для Донбасса? Зачем делает ставку на армию и почему хочет ввести военное положение?

Открытая студия

Почему на наших дорогах так часто гибнут люди? Помогут ли суровые законы уменьшить число аварий? Как строить действительно безопасные магистрали? И что мы сами можем сделать, чтобы сохранить свою жизнь в пути?