«Банки в условиях кризиса»

05.12.2008, 17:00 Открытая студия

Доверяй, но проверяй! Сколько ни говори о том, что вклады застрахованы, люди предпочитают часть денег забрать. А меж тем, банки оперативно меняют правила игры - к примеру, досрочно не хотят отдавать вклады.

Ника: Добрый день. Как всегда по будням в это время в эфире программа «Открытая студия». Как всегда мы приветствуем вас в прямом эфире в нашей знаменитой Открытой студии в центре Петербурга.

Гость в Петербурге:
исполняющий обязанности генерального директора Банка «Сосьете Женераль Восток» Егор Анатольевич Андриянов.

Гость в Третьей студии:
заместитель президента Городской коллегии адвокатов Санкт-Петербурга, адвокат Александр Николаевич Матвеев.

Гость в Москве:
председатель Комитета Госдумы по экономической политике и предпринимательству Евгений Александрович Фёдоров.

Ника:
Как вы прокомментируете слова премьер министра, который попросил банки не кошмарить клиента?

Егор Анатольевич Андриянов:
Здесь вопрос связан, в первую очередь, с поведением банков в условиях, когда заёмщики окажутся неспособными погашать свои обязательства перед банками и основное внимание со стороны президента именно к модели поведения банков в такого рода ситуациях.

Ника:
Но есть же какая-то модель поведения? Или премьер министр ожидает от вас некорректного поведения?

Егор Анатольевич Андриянов:
Наверное, не стоит говорить о некорректном поведении, стоит говорить о цивилизованных формах решения и поведения банков в непростых ситуациях. Речь шла о льготных периодах, о каникулах для заёмщиков, которые оказываются в непростой ситуации и готовность государства оказать поддержку банкам, активно участвующим в программах кредитования населения.

Ника:
Евгений Алексеевич, как вам кажется, государство, разрываясь между помощью банкам и помощью клиентам, кого выберет?

Евгений Александрович Фёдоров:
Вообще-то, государство банкам не помогает.

Ника:
А деньги даёт кому?

Евгений Александрович Фёдоров:
Оно не выдаёт деньги на помощь банкам. Оно использует банки как кровеносную систему, через которую поставляет эти деньги в экономику страны. И кроме как через банки, оно не может по-другому их туда направить в принципе. Поэтом у банки тоже в сложном положении. Другое дело, что они у нас не банкротятся, а сливаются. При этом, они полностью сохраняют свои обязательства. Государство, главным образом, помогает именно реальному сектору, помогает гражданам РФ, и именно так стоял вопрос и вчера, когда отвечал Владимир Владимирович. И он вчера дал чёткий сигнал банкам, что банки должны быть социально-ответственными, что нельзя быть жадным. В этих условиях надо подумать о клиентах, как о родных людях.

Ника:
не знаю, готовы ли банки относиться к клиентам, как к родным людям. В конце концов, люди пришли занять денег, мы им эти деньги одолжили, а теперь мы должны думать о них, как о родных людях, если они нам не отдают долг.

Евгений Александрович Фёдоров:
Такое тоже бывает. Это специфика, в условиях мирового кризиса. Эта логика, что они за железным забором, и ты только даёшь деньги, она должна отступить на второй план. То есть они внимательно должны относиться. Президент дал для этого банкам специальные механизмы, чтобы это внимательное отношение не привело к сложной финансовой ситуации сами банки. То есть, он вчера говорил о госгарантиях государства по ипотечному кредитованию, кроме того, такие же дополнительные меры будут в отношении студентов, которые используют кредиты для обучения. У нас очень хорошо понимают в стране сигналы и, я думаю, что банки, конечно, не себе в убыток, но их отношение к клиентам значительно улучшится.

Ника:
Егор Анатольевич, это явно будет в форме какого-то документа. Как должен выглядеть документ, чтобы он был для вас приказом, руководством к действию? Насколько вам можно приказать действовать так или иначе? Это должно быть постановление правительства или это Госдума должна принять какой-то специальный закон в условиях кризиса?

Егор Анатольевич Андриянов:
Коммерческий банк - самостоятельная структура, которая руководствуется основной целью извлечения дохода, но действует в рамках законодательства.

Ника:
То есть это должен быть закон?

Егор Анатольевич Андриянов:
Абсолютно. Либо это целевая программа, либо закон, либо система и механизмы, прозрачные и понятные для всех участников, но очевидно, что это не приказ и указание достаточно директивное односторонне.

Ника:
Евгений Алексеевич, что бы не нагнетать какую-то социальную напряжённость в обществе, эту ситуацию надо как-то решать и по возможности гасить, так?

Евгений Александрович Фёдоров:
Да, конечно. И я хотел бы обратить ваше внимание, что 1,5-2 месяца назад у нас были сомнения и проблемы, когда мы говорили «вот, клиенты уйдут из банков», «с банками что-то произойдёт...» Мы же прошли эту фазу кризиса. Сегодня вторая его фаза идёт, связанная с кредитованием, причём, не только клиентов, а в основном, реального сектора экономики. И мы сейчас эту фазу тоже проходим. А насчёт законов, есть и соответствующие законы, которые укрепляют позицию государства в этом диалоге, в том числе и с банками. Например, создаются, так называемые, уполномоченные Центрального банка, задача которых смотреть, чтобы средства господдержки доходили до реального сектора, это и людей касается, ведь это рабочие места, это производства. Мы должны принять 25 законов в ближайшие 2 месяца в антикризисном пакете.

Ника:
Боюсь, вы останетесь без каникул новогодних.

Евгений Александрович Фёдоров:
Думаю, они будут в сокращённом варианте.

Ника:
Александр Николаевич, должны ли люди сейчас быть особенно бдительны и увеличится ли число обращений именно к адвокатам и надо ли людям идти к юристам, чтобы консультироваться или идти в банк и с ними там поговорить?

Александр Николаевич Матвеев:
Прежде, следует посетить юристов. Я думаю, что такой визит, по меньшей мере, вреда не принесёт. Я целиком поддержу ваше замечание, что своими действиями ни клиент, ни банк не должны способствовать поддержанию панических настроений, а напротив, должны всячески устранять эту опасность. Я думаю, что сегодня не только мы должны успокаивать себя мыслью, что должны друг друга держать в узде, но, я думаю, что действующее законодательство предполагает возможности, как для банка, так и для клиентов, когда возникают спорные моменты в их отношениях, и сама финансовая ситуация, сложившаяся в стране, должна убедить людей в другом, что он должны взаимно поддерживать друг друга, а не способствовать формированию паники. А что касается закона, о котором я упомянул, то здесь мы ведём разговор о том, что на одной стороне в таких отношениях клиент, на другой стороне заёмщик, банк, а посередине договор, который соединяет их и определяет отношения этих сторон и обязательства должны по договору исполняться надлежащим образом. Односторонний отказ от обязательств, которые в договоре прописаны, по общим правилам недопустим.

Ника:
Есть хорошая фраза, кто предупреждён, тот вооружён. Лучше что-то знать заранее и действовать правильно.

Звонок телезрителя:
Я звоню из Нижегородской области. Я думаю, что по большому счету, банки виноваты в безработице и в том, что люди стали неспособны платить. Банки перестали давать людям кредиты на покупку автомобилей, автомобили перестали продаваться, и автопром встал, люди остались без работы. Люди, которые работали в автопроме, стали неспособны платить банку.

Егор Анатольевич Андриянов:
Действительно, есть мнение, что причина, связанная с текущей ситуацией на рынке труда - это сокращение объёмов кредитования. Вопрос интересный, но, если на него посмотреть с другой стороны, причины того кризиса, по которому банки стали меньше кредитовать, он лежит в другой плоскости. Мы очень сильно интегрированы в мировую экономику. И на рынке произошла ситуация, когда тот самый пресловутый кризис на американском рынке недвижимости стимулировал сокращение ликвидности на мировом рынке и банки стали меньше получать ресурсов и доступа к этим самым ресурсам.

Ника:
То есть, меньше денег стало у банков, банки меньше денег стали давать дальше...

Егор Анатольевич Андриянов:
Абсолютно. А в этих ситуациях мы возвращаемся к вопросу оценки рисков.

Ника:
Но у нас же ощущение, что вы сидите, у вас какие-то безумные подвалы, заполненные деньгами, вы такие вредные, не даёте денег, повышаете кредиты и т.д.

Егор Анатольевич Андриянов:
Нет. Банкиры заинтересованы в получении результата. Они заинтересованы в эффективном использовании того капитала, этих ресурсов, которыми владеют. Но в текущих ситуациях мы сталкиваемся с более высоким риском не возврата со стороны частных лиц, со стороны компаний и, безусловно, мы реагируем на ситуацию в условиях ограниченных денежных ресурсов, денег на рынке в целом.

Звонок телезрителя:
Мы год назад взяли кредит в коммерческом банке. И вот сейчас мы приехали платить туда, а нам кредит повышают на 3% и говорят, что запросто могут повышать нам ежемесячно эти проценты. В договоре у нас написано, что, если что-то случится, банк может в одностороннем порядке нам запросто дать срок, чтобы мы всю сумму оплатили. А вот насчёт повышения этих кредитов у нас там не оговорено.

Ника:
То есть, банк может потребовать досрочного погашения кредита, но не повышения процентной ставки, да ещё и ежемесячно.

Егор Анатольевич Андриянов:
Действительно, банки действуют и их отношения с клиентом регламентируются тем самым кредитным договором или соглашением, которое было подписано на этапе выдачи. В большинстве случаев банки выставили защитные стопы или функции, которые позволяют пересматривать ставку в случае существенного изменения условий на денежном рынке.

Ника:
А там не оговорено, ежемесячно, ежедневно, ежечасно поднимать? рамки здесь есть какие-то?

Егор Анатольевич Андриянов:
Рамки разумности и они, в принципе, привязываются к существенным неблагоприятным условиям и ситуациям на рынке, таким, какие мы имеем сейчас, когда ставка по рублёвым кредитам выросла многократно.

Ника:
А кому сейчас легче, тем, у кого рублёвый кредит или валютный?

Егор Анатольевич Андриянов:
Легче тому, кто взял кредит в рублях.

Ника:
Александр Николаевич, а если в договоре записано, что банк имеет на это право, получается, что люди должны развести руками и терпеть, что им будут на каждый месяц повышать ставку?

Александр Николаевич Матвеев:
Если бы существовала иная возможность, то мы должны были бы говорить, что, подписываемые сторонами договоры никакого значения на длящиеся отношения иметь не будут. Если мы подписываем соглашение, договор, то мы должны быть внимательны и, подписывая, понимать, что мы должны предусмотреть и такую опасность, такую возможность.

Ника:
То есть, сейчас защиты у этих людей никакой нет? все говорят, что надо договориться с банком, как тут договориться?

Александр Николаевич Матвеев:
Если это обязательство прописано в договоре, если оно существует в договоре, то при, наличии спора, стороны не будут иметь другого варианта для его разрешения, кроме как обратиться суд. И суд, рассматривая тот спор, будет внимательно оценивать именно условия договора. И коль скоро договор будет включать в себя такие условия, то, боюсь, что у истца шансов не очень много.

Ника:
Евгений Алексеевич, начинается проблема, пока повышают ставки или требуют досрочного погашения договора - это ещё не повод говорить о помощи со стороны государства. Когда государство может вступить и начать защищать? Когда люди стоят на грани физического банкротства?

Евгений Александрович Фёдоров:
Действительно, сегодня такого рода позицию банка определяет его воля. Он имеет право на это, поскольку это записано в договорах, которые люди подписали с банком ещё ранее. Другое дело, что банк, когда он действует таким образом, он должен учитывать не только свои экономические интересы и расчёт в экономике банка, но и учитывать эту социальную ответственность, о которой вчера говорил Владимир Владимирович. Нужен, конечно, баланс. Это серьёзный мировой кризис и без потерь его преодолеть нельзя будет, но максимально учитывать социальные факторы, социальную ответственность при определённой ситуации обращаться к правительству за получением соответствующей поддержки, именно об этом вчера и говорилось и созданы для этого специальные инструменты, это будет использовано. Я так понимаю, что ипотечные кредиты будут в значительной мере защищены. Кредиты бытового характера, поэтому их государство защитить или отрегулировать ожжет меньше. Они очень мелки, их очень многообразное количество. Власть действует здесь, но её ресурсы, конечно, ограничены.

Интернет-вопрос:
Государство даёт банкирам деньги, защищает их сытую жизнь с «Мерседесами», а простых людей, которые столкнулись с банковским беспределом, защищать некому. Что лично вы можете предложить?

Евгений Александрович Фёдоров:
Ещё раз вернусь к тому, что государство даёт банкам деньги только в кредит и только для того, чтобы банки эти деньги использовали не для себя, а для экономики Российской Федерации. То есть, что бы они транслировались дальше на экономику. Что касается, что делают для людей, у нас в антикризисном пакете есть огромный социальный раздел. Понятно, что мы не можем в нашей экономике заставить предприятия производить продукцию, если эта продукция не покупается за рубежом. Но мы можем рядом создать новые рабочие места, увеличить производство для той промышленности, которая сориентирована на внутренний спрос, значит, увеличить количество рабочих мест и зарплаты там. Соответственно, дать возможность человеку перейти с работы экспортоориентированной, на работу на предприятие, которое обеспечивает внутренний спрос, в малый бизнес, получить там не меньшую зарплату. При этом государство берет на себя обязательство его, при необходимости, доучить до какой-то нужной специальности. Мы переучиваем, создаём новые рабочие места, и есть целый механизм, сотни позиций, по которым увеличивается этот спрос и производство на предприятиях, сориентированных на нужды внутри страны.

Ника:
Я знаю, что консервативный клуб «Единой России» родил идею объявления годового моратория на выплату процентов по кредитам, как вы к этому относитесь? Давайте год как-нибудь забудем про все и будем копить деньги, но не платить?

Евгений Александрович Фёдоров:
У нас очень много разных предложений. В высокой стадии готовности находится обсуждение с банками предложения, по которому люди, которые попали в сложную жизненную ситуацию, в отношении них и распространяются некие проекты в отношении замораживания их платежей. Такие варианты прорабатываются, но в этом случае, они должны попасть под вчерашнюю схему, предложенную председателем правительства. То есть, банк, конечно, должен получить для этого от государства какой-то механизм поддержки. Он не может работать себе в убыток, иначе он сам разорится. Второй момент, который мы сейчас рассматриваем - это по студентам. Потому что с ними такая же ситуация, долгосрочные кредиты и государство через механизмы, подобные ипотечным механизмам, будет прорабатывать вопрос, чтобы эти кредиты, по любому эта проблема будет решена, через этот механизм или через другой. Кроме того, не забывайте, что кредиторов физических лиц в России относительно не так много.

Ника:
А как вам ситуация, если вам сейчас скажут годик посидеть без выплат, не для всех, но для тех, кто попал в сложную жизненную ситуацию?

Егор Анатольевич Андриянов:
Знаете, такая ситуация для банкиров не комфортна, в силу того, что актив должен приносить доход. Банк - это коммерческая организация, у которой вопрос балансировки активных и пассивных операций является ключевым. Если какой-то актив не работает...

Ника:
то есть, это получается ещё большая угроза для банка?

Егор Анатольевич Андриянов:
Абсолютно. И это угроза не только для банка, но и для экономики в целом. Потому что финансовая устойчивость банков будет под угрозой, когда существенный объем активов, в виде кредитов частным лицам, компаниям, он окажется в очень не комфортном положении и плохого качества, соответственно, банки не могут исполнять свои обязательства перед своими клиентами, в свою очередь.

Ника:
А то, что вчера говорил Владимир Путин, для потерявших работу или значительную часть её, государственная гарантия банка через агентство ипотечного кредитования, путём передачи закладных. Может, передача закладных - это вам как-то более комфортно?

Егор Анатольевич Андриянов:
С сутью идеи я ещё не успел ознакомиться, но действительно, здесь очевидно, что целевая поддержка должна быть банком, в каком виде, выкуп закладных или целевое финансирование - вопрос открытый, но безусловно, если такая инициатива получит продолжение. эти правила должны быть понятны и прозрачны. И банки не должны страдать от такого рода последствий в целях сохранения своей стабильности и стабильности всей банковской системы и экономики.

З
вонок телезрителя: Меня зовут Геннадий Васильевич. Я хотел бы, чтобы господин Фёдоров задал вопрос банкиру Андрианову, почему государство отдаёт деньги банкам под 8,55%, а они, мало того, что кладут их на счета, отдают под 20-24%. О каких правилах вы говорите, господин Фёдоров?

Евгений Александрович Фёдоров:
Банки дают кредиты не просто так, а обсчитывая соответствующего клиента. Мы тоже согласны, что иногда эти расчёты оказываются избыточными и не рассчитаны на ситуацию, связанную с кризисом. Именно поэтому вводятся дополнительные инструменты под названием государственные гарантии. Банки тоже берут эти кредиты не по 8,5%, а уже по 10% и разница направляется на содержание банка. Например, сберегательный банк - это 140 тысяч работников, которым тоже надо платить зарплату, которые должны работать в своих офисах. Это та плата, которую банк получает за свою работу. Другое дело, конечно, эта плата не должна быть выше определённой и закон, по уполномоченным Центрального банка, с особыми полномочиями, такими комиссарами, который мы сейчас принимаем, направлен на то, чтобы отследить эту трансляцию денег государственной поддержки до конкретного производства, включая и проценты, по которым эти деньги туда поступают.

Ника:
Егор Александрович, может ли сейчас банк в одностороннем порядке изменить условия договора. Ведь может, если на это есть какие-то неблагоприятные изменения конъюнктуры рынка?

Егор Анатольевич Андриянов:
Да.

Ника: Евгений Алексеевич, я правильно понимаю, что Дума выходит с предложением на год объявить мораторий, запретить банкам в одностороннем порядке изменять эти условия. Идёт об этом речь сегодня?

Евгений Александрович Фёдоров: Такого рода условия могут быть прописаны в условиях государственной поддержки. Когда государство действительно представляет банку господдержку, то пишется специальный регламент. Мы завтра будем заниматься этим регламентом, который касается «Внешэкономбанка». Это касается и других банков государственных, которые дальше дают для других банков кредитные деньги. В этом регламенте множество условий, в том числе и контроль за процентами.

Егор Анатольевич Андриянов: Я позволю себе вернуться немного назад. Все-таки достаточно существенное уточнение. Не каждый коммерческий банк может получить финансирование от Центрального банка. Существуют квалификационные требования, предъявляемые, в том числе, определённые рейтинги...

Ника: А мне кажется, что люди не очень понимают, «Сосьете Женераль» даёт государство деньги или нет, кому-то на улице даёт деньги или нет... Где это вообще можно узнать? Это открытая информация?

Егор Анатольевич Андриянов: Это открытая информация и в банке можно узнать.

Ника: А вы получаете деньги?

Егор Анатольевич Андриянов: Мы получили первый раз деньги на этой неделе.

Ника: У вас пришёл специальный человек, проследить, куда вы их дели?

Егор Анатольевич Андриянов: Пока нет.

Ника: А придёт. Ждите.

Интернет-вопрос: Я почти выплатил весь кредит, а мне банк начал присылать письма, чтобы я все погасил досрочно. Угрожают расправой. «В случае невыполнения данного условия, к вам придут сотрудники службы безопасности и разберутся».

Ника: Ваши действия?

Александр Николаевич Матвеев: Первое, что можно посоветовать - незамедлительно обратиться к юристу, который бы, вникнув в содержание этих писем, был сориентирован точнее и посоветовал бы, в каком порядке действовать, в уголовно правовом или в гражданско-правовом. Потому что в самом общем виде сформулирована эта история вся, она даёт основания полагать, что есть причины двигаться и в сторону прокуратуры, и в сторону суда, так что тут трудно сказать.

Ника: А разве имеет право служба безопасности по домам ходить?

Александр Николаевич Матвеев: Безусловно, нет. Конечно, нет.

Ника: Надо вызывать скорее милицию, когда придёт служба безопасности.

Интернет-вопрос: Меня интересует вопрос досрочного закрытия вклада, насколько я защищён от того, что банк откажется мне выдавать деньги. Моим друзьям отказали. Имеет ли право банк отдать мои же деньги, которые не кредитные, а просто я храню в этом банке?

Александр Николаевич Матвеев: Отношения сторон так же регулируются договором. Отвечая на этот вопрос, надо так же смотреть, если такая возможность предусмотрена договорными отношениями, то нет причин отказывать. Если нет, то нужно следовать предписанию того же самого договора.

Ника: Все сложно, все через договор.

Александр Николаевич Матвеев: Мы каждый раз констатируем одну и ту же ошибку.

Ника: Как вы считаете, когда я могу забрать деньги и мне никто слова сказать не имеет права?

Егор Анатольевич Андриянов: в случае, если вы разместили их в качестве депозита, вы можете сделать это в любое удобное для вас время.

Ника: Если это очень большая сумма, наверное, надо заранее сказать, чтобы мне её отдали?

Егор Анатольевич Андриянов: Существуют правила. Я думаю, у каждого банка они свои, но они вписываются в общие требования. Вы можете забрать деньги в любое удобное для вас время. Единственно, если сумма это значительная, нужно заведомо предупредить банк о своём намерении.

Ника: То есть, банк не может мне сказать нет.

Интернет-вопрос: Снимала деньги с банковской карты. Сняли сумму за обслуживание в три раза больше, чем раньше. В банке говорят, что изменилась тарифная схема. Можно так без объявления войны?

Егор Анатольевич Андриянов: Во-первых, любое изменение тарифов всегда делается с предварительным уведомлением клиента. Банк может изменить тарифы, но он заблаговременно обязан разослать письма по адресу проживания.

Ника: Вот у меня Банк России. Если я снимаю в банкомате своего банка, с меня не снимают вообще никаких денег. А если я пойду в ваш банк, с меня возьмут какие-нибудь деньги, сто или триста. В один прекрасный день возьмут девятьсот. Мне никогда вы эти письма не пришлёте. Почему на банкомате не написано, что там такая-то ставка?

Егор Анатольевич Андриянов: Думаю, детали, связанные со снятием наличных я готов долго комментировать, но с точки зрения существа текущей дискуссии, думаю, это не актуальный вопрос. Существуют комиссии, предусмотренные при снятии наличных денег. Они формализованы общими правилами участников системы Visa International, Master Card.

Ника: Евгений Алексеевич, когда мы говорим о работодателях, которые начинают увольнять персонал и оптимизировать кадровые ресурсы, то ведь могут и банки тут тариф поднять, там ставочку поднять, ещё что-то... Война все спишет, а сейчас они сделают наиболее выгодные условия для себя. Кто имеет право отследить, где вынужденная мера, а где они решают свои проблемы?

Евгений Александрович Фёдоров: Тот случай, который назван, что с депозита не разрешают снять средства - это прямое нарушение закона, потому что у нас Гражданским кодексом на этот случай предусмотрена чёткая защита прав вкладчика. я с трудом могу представить себе такую ситуацию, что банк... У нас нет информации о банках, которые бы так делали. Технически, они говорят, что сегодня не завезли, зайдите завтра или через 2 дня. Эти случаи у нас были. Но если мы наблюдаем, что это устойчивая ситуация, такой банк надо лишать лицензии. Именно поэтому банки не лишаются лицензии, потому что они так не делают. Это очень жёсткое нарушение. Если говорить о каких-то других вещах, изменили условия, если это предусмотрено договором, какие-то дополнительные проценты. Это все регулируется договорами и везде есть процедура уведомления. Как правило, она имеет временной характер, за месяц нужно прислать, получить. Если ты не получил, ты имеешь право не знать, и у тебя не имеют права это все менять. Эти процедуры могут быть запущены. прокуратуры и суды действуют сегодня в аварийном режиме в условиях кризиса. У них установка реагировать энергичнее, они создали дежурных. То есть, в условиях кризиса силовая система у нас мобилизована. Я думаю, что надо обращаться как раз туда, в соответствии с конкретным случаем или в антимонопольную службу и т.д.

Звонок телезрителя: Я звоню из Уфы. Я брала кредит в банке на определённый срок с определёнными ставками. На данный момент ставки увеличены, а так как идёт сокращение, я сокращена. Как можно дальше? Может ли банк поднимать ставки? Конечно, банк страдает, а люди? Как быть в такой ситуации? Почему банк поднимает ставки?

Ника: Подразумевается, что банк не должен интересоваться вашими личными делами.

Егор Анатольевич Андриянов: Первое, с чего надо было начать в такой ситуации - это придти в банк и зафиксировать ту сложную ситуацию, с которой столкнулся человек. То есть, не нужно уходить от проблемы. Не надо прятаться. Далее, в зависимости от существа сделки, какова была цель кредита, был ли это целевой кредит...

Ника: А есть случаи, когда банки с пониманием относятся к этому?

Егор Анатольевич Андриянов: Да.

Ника: Пишет дама, там другая ситуация, её не уволили, а задержали зарплату на 2 месяца, обратились с прошением об отсрочке. Отказали.

Егор Анатольевич Андриянов: банк заинтересован в лояльности своих клиентов.

Ника: я понимаю, вам нужны деньги, но тут виноват работодатель, не заплатил зарплату или уволил...

Егор Анатольевич Андриянов: Здесь, если трудовые отношения предусматривают ответственность, нужно сотруднику предъявить претензию к работодателю, в связи с несвоевременной выплатой зарплаты и показать последствия ненадлежащего исполнения трудовых отношений и трудового контракта, а именно те штрафные проценты, которые предъявил банк.

Ника: Но вас это ведь никак не успокоит?

Егор Анатольевич Андриянов:
Это система, она слишком взаимосвязана.

Ника:
Мы часто говорим о том, что надо придти к вам и рассказать, надо придти и не скрывать. А есть случаи, когда банк действительно может дать какие-то отсрочки или растянуть на подольше этот кредит, или ещё как-то? Бываете ли вы гибкими?

Егор Анатольевич Андриянов:
Бываем гибкими. Это в интересах самого банка. Если он понимает, что это единственный способ погасить обязательства.

Ника:
Какие ключевые слова надо сказать, чтобы подвигнуть банк на какое-то более гибкое отношение?

Александр Николаевич Матвеев:
Я затрудняюсь найти слова. Я полностью согласен с Егором Анатольевичем. Я думаю, что не следует избегать встречи с банком, нужно как раз идти на эту встречу и вполне достижимо условие об отсрочке погашения своих обязательств, поскольку банк в не меньшей степени заинтересован в сохранении отношений.

Звонок телезрителя:
Мне бы хотелось добавить, что процент на кредит включает в себя не только расходы на персонал, но и риски, которые банк закладывает в случае кредитования. Егор, у меня вопрос к вам, как вы относитесь к инициативе о государственной гарантии по ипотеке гражданам, которые потеряли работу? Не кажется ли вам, что это в некоем роде расслабление? Человек, когда подписывает кредитный договор, он берет на себя определённые обязательства.

Ника:
то есть, вы считаете, что в конечном итоге, он может все равно не заплатить, это оттягивание казни. Я так понимаю, что вы тоже банковский работник.

Егор Анатольевич Андриянов:
Действительно, в практике некоторых государств существует понятие льготный период или каникулы в связи с обслуживанием долга. когда заемщик теряет способность...

Ника:
Каникулы? А у нас есть такое?

Егор Анатольевич Андриянов:
Нет. В России такого нет.

Ника:
По закону нет?

Егор Анатольевич Андриянов: Это вопрос, связанный с культурой. Соответственно, это действительно может расслабить. Банку это не выгодно с точки зрения качества актива. То есть, мы переводим в несколько другой формат и недополучаем доходы. И, как следствие, мы ограничиваем свои возможности на рынке. Очень интересная тема, которой хотелось бы коснуться - это вопрос финансовой грамотности. Что не всегда люди, претендующие на финансирование, отдают себе отчёт о своей способности или перспективности. Я думаю, что, рано или поздно, наше общество эволюционирует до определённого уровня, когда люди будут понимать свою ответственность за каждый свой шаг и будут понимать, что кредит нужно погашать, вовремя обслуживать, выполнять свои обязательства перед всеми партнёрами.

Ника:
Егор Анатольевич, вы же прекрасно понимаете, что, к сожалению, та история, которая случилась сейчас, может на несколько лет людей отвернуть от желания брать какие-то кредиты. ммы только приучались их брать и тут...

Интернет-вопрос:
Банки сами виноваты, посадили на кредитную иглу. Что лучше, что будет 18% не возврата или 50% не возврата? Может, надо договариваться все-таки с клиентами? Потому что, в конечном итоге, когда банки получат какой-то не ликвидный холодильник, суды в скором времени захлебнутся под исками банков.

Ника:
Может, лучше идти навстречу, чтобы получить хоть какие-то деньги, чем не получить никаких в большом количестве. Вы согласны?

Евгений Александрович Фёдоров:
Вы совершенно правы. Все сегодняшние проблемы и кризис начался именно с этого. С не возврата клиентами своих кредитов в США. Это было начало всего, потом все это накрутилось и пошло. Конечно, банки, прежде всего, должны общаться со своими клиентами, они должны идти им навстречу. Но, конечно, за банками стоит целая система определённая, и когда представитель банка говорит с клиентом, он, может быть, хотел бы пойти ему навстречу, но он же понимает, что у него на это иногда нет денег, общий баланс отношений, которые у него сложились с другими клиентами, сколько ему не возвращают... Банк понимает, что 5% я ещё могу себе допустить, но, если мне пошли невозвраты 7%-10%, то я могу обанкротиться. И когда он ведёт переговоры с клиентом, он это все учитывает. Механизм, который был предложен вчера, он позволяет банку расширить этот баланс для разговоров с клиентом в части ипотечного кредитования для людей, попавших в сложную жизненную ситуацию.

Ника: Должно быть чётко прописано определение сложной жизненной ситуации.

Евгений Александрович Фёдоров: Да, чтобы никто не мог ей воспользоваться, у кого её нет или не те, кто сами в неё зашли.

Ника: Это должно быть единственное жилье...

Евгений Александрович Фёдоров: Ипотеку выделили как первый механизм, потому что это строительный сектор, который в условиях кризиса сильно уязвим. Именно там упали производство работ, строительные материалы и многое другое. Они сильно уязвим, поэтому, когда мы его запускаем, мы не только проблемы людей решаем, которые эти квартиры покупают, мы решаем проблему стройки и решаем проблему огромного сектора экономики. Строительство для нас - важнейший элемент, он проходил в наших материалах поддержки с самого начала. Мы решаем проблему людей, но и в то же время, решаем проблему строительных отраслей. Это антикризисная мера в системе экономического характера.

Ника: Егор Анатольевич, если будет принят закон о банкротстве физических лиц, более того, там банкротство с какой суммы, там, может быть, человек 3 месяца не выплатил и уже считается банкротом. Вам это выгодно? Этот тот случай, когда вы получите по суду старый холодильник?

Егор Анатольевич Андриянов: Это сделает понятной модель поведения, упорядочит отношения банк - заёмщик...

Ника: То есть, вы считаете, что это благо?

Егор Анатольевич Андриянов: Это благо.

Ника: Значит, физическим банкротом могут объявить человека, который не способен реально выплачивать кредит?

Егор Анатольевич Андриянов: Банкротство, как таковое, не предполагает неисполнение того обязательства. Оно формирует систему мер, направленных на предотвращение надавления на заёмщика, оказавшегося в ситуации...

Ника: Со стороны банка?

Егор Анатольевич Андриянов: Со стороны банка, партнёров... То есть, это элемент санации или оздоровления, когда даётся шанс получить новую работу...

Ника: И клеймо на долгие годы. Может реализовываться какое-то имущество пойти с молотка в счёт погашения этого долга?

Егор Анатольевич Андриянов: Безусловно. Имущество, которое является предметом залога в рамках кредитных отношений в соответствии с условиями договора, безусловно, на него будут обращать взыскания и это факт.

Интернет-вопрос: Если человек реально не может выплатить долг по ипотеке, куда его выкидывать? У него единственное жилье, в котором он живёт. На улицу? Этот вопрос как-то решается? Будет социальное жилье или как?

Евгений Александрович Фёдоров: Вчера об этом говорил председатель правительства. Проблема этого человека будет решена через агентство ипотечного кредитования.

Ника: Александр Николаевич, банки имеют право менять условия или нет? И какой закон нас защищает?

Александр Николаевич Матвеев: Закон о банках и банковской деятельности. В одностороннем порядке банки не в праве менять условия.

Ника: В противном случае, в одностороннем порядке и мы, как предлагает один телезритель, повычёркивать какие-нибудь пункты из договора.

 

О программе

«Открытая студия» — актуальное общественно-политическое ток-шоу Пятого канала, выходящее в прямом эфире. Известная телеведущая Инна Карпушина — не просто компетентный собеседник и опытный интервьюер, она чувствует, пропускает через душу, сопереживает и вместе с вами ищет выход.


Комментарии

Комментирование закрыто

Мы в твиттеревконтактефейсбуке


Смотрите также

Открытая студия

Холодный приём в Белом доме. Почему Порошенко называют политическим трупом и когда ему объявят импичмент? Какие сценарии он спешит написать для Донбасса? Зачем делает ставку на армию и почему хочет ввести военное положение?