Эпоха возрождения

20.10.2018

В Сирии на этой неделе произошло то, что еще некоторое время назад сложно было представить. Открылась Сирийско-Израильская граница. Пока на одном только участке. Но! Это многое значит. Тель-Авив таким образом, молчаливо, но действенно признает, что арабская республика навела порядок на своей земле. Семен ЕРЕМИН побывал там и расскажет, где еще в Сирии стало безопасней.

Вот так шумно сирийско-израильскую границу открыли друзы. Арабо-язычная народность, расселенная по обе стороны Голанских высот. Шесть лет семьи были разделены, район даже получил новое название.

Хикмат Махмуд местный житель: «Долина Криков! Мы вот с братом приходили на противоположные холмы - я здесь, а он - в Израиле. И брат, например, кричит мне: посмотри, это моя дочка, а это мои внуки. А как твои дела?»

Однажды Хикмату вот так прокричали о смерти матери. На похороны не попал. Провинцию контролировали террористы, и переход был закрыт. Теперь все приходит в норму. У КПП снова дежурит красный крест.

Марианн Гассер, представитель МККК в Сирии: «Наши задачи гуманитарные - следить за безопасностью перемещающихся здесь людей - студентов, паломников, членов разделенных семей».

Говоря об этом, Марианн Гассер, безусловно понимает: в первую очередь открытие перехода «Кунейтра» - большое геополитическое свершение. Этот флаг - сигнал миру: Сирия контролирует свою западную границу. Демилитаризованную зону - охраняют голубые каски, как и прописано в договоре 74-го года, заключенном по итогам арабо-израильского конфликта. Миротворцев ООН, сюда фактически за руку привели наши военные. После того, как зачистили провинцию от террористов. Более того, в один день было открыто сразу две границы.

Пограничный пункт «Насиб» - выход в Иорданию. Первым регистрируется Абу Омар, едет к родственникам. Не видел их с 2015-го, когда границу здесь закрыли.

Местный житель: «Я рад что власти наших двух стран, наконец, договорились. Что путь безопасен. Нам очень нужна эта дорога».

Собирается целый караван машин. И это, оказалось, бизнес-разведка. В сирийско-иорданском соглашении главный пункт - это транзит грузового транспорта.

Абдалла Дараб: «Я приехал посмотреть открытие пункта пропуска, что тут изменилось, посмотреть дорогу на Дамаск. Надо понимать, можно ли отправлять грузовики».

Семен Ерёмин специальный корреспондент: «Мощнейший торговый путь важен не для одной только Сирии, экспортный потенциал которой, сейчас активно восстанавливается. С этой стороны в Иорданию, страны Персидского залива и даже в Турцию, свои товары направлял Ливан. Обратный грузопоток тоже был очень мощным и восстановление сообщения здесь, крайне выгодно для всего Ближнего Востока».

Грузовиками же беженцы повезут вещи. А значит из Иордании их будет возвращаться больше. В отличие от Ливана, оттуда поток еще не набрал силу. Кроме того, КПП расположен в провинции Дераа, освобожденной недавно. И люди ждут, когда уровень жизни там подрастет. Если в городе Дераа сейчас рады просто открытию пекарни, то в Латакии уже запущен, к примеру, онкологический диспансер. Восстановлению страны сильно мешают западные санкции. Америка обещает наказывать все участвующие иностранные компании. И часто это за гранью человечности.

Рубах Маджин, торакальный хирург: «Мы следим за мировыми тенденциями в области онкологии, изучаем современные теории, но не можем применять их. Нам не дают. Мы замкнуты на себе. Если бы не санкции, мы спасали бы больше пациентов».

Впрочем, добавляет Рубах, это не будет длиться вечно. По вполне конкретным причинам.

Семейный сеанс видеосвязи. Супруги и две их дочери - в Дамаске, третий ребенок - семнадцатилетний Авад - в немецком Штутгарте. Уехал три года назад, расскажет мама - спасался.

Алима Абид, мать Авада: «Когда Авад был в 9-м классе, однажды позвонили в школу, представились мной и спросили, а не ушел ли еще он? Учитель сразу же позвонил нам и предупредил, что за ним начата охота».

Страшное время, когда боевики не то, что вербовали - воровали мальчиков, чтобы превратить их в убийц, позади. Но Авад пока откладывает возвращение.

Авад Абид сын Алимы Абид: «Я здесь три года, выучил язык. Школу закончил с хорошими оценками и поступил в училище. На инженера электроники».

Его отец когда-то так же выучился на инженера авиации в Советском Союзе. До сих пор работает в отрасли. И в сыне уверен, как в себе.

Семен Ерёмин специальный корреспондент: «А вы уверены, что он вернется?»

Отец Авада: «Я его воспитал! Когда я ему скажу - вернись сюда, он вернется».


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ