601
Исповедь Волочковой — о предательстве родных, деньгах, выборе между Сулейманом и Мальдивами
Балерина в эксклюзивном интервью 5-tv.ru раскрыла изнанку своей жизни — и она жестче, чем любой шпагат.
«Кто эти люди?» — этой фразой Анастасия Волочкова парирует любую критику в свой адрес. Королева шпагата считает, что ее мозоли от пуант «выше», чем мозоли на языках завистников. 5-tv.ru поговорил со звездой о личном и публичном.
Почему Волочкова уже 20 лет проводит бесплатные концерты, платит артистам из своего кармана и называет это «человеческим долгом»? Из-за чего она практически не общается с родными и больше не дает им денег?
Что она ест на завтрак и ужин? Какой секрет помогает ей оставаться в форме, когда другие балерины уже уходят со сцены? И что сейчас важнее для Волочковой — Сулейман Керимов или Мальдивы?
«Шпагат умеет делать или нет?»
www.globallookpress.com/Natalya Loginova; 5-tv.ru
— Как вы считаете, о каком вашем достижении на сцене незаслуженно мало говорят?
— Вы знаете, я просто не слежу за тем, что обо мне говорят люди. Если говорят что-то нелицеприятное, не зная меня лично и не зная меня посредством моего творчества, то хочется сказать моей крылатой фразой из песни: «Кто эти люди?»
Понимаете, на самом деле за меня всегда говорят мои достижения, мои творческие победы, мои поступки. Я всегда хотела быть известной не громкостью имени, а делами и поступками. Главное, что они всегда от чистого сердца. И знаете, даже тот факт, что я уже 20 лет (даже чуть больше) приглашаю всех зрителей на свои спектакли и концертные программы абсолютно бесплатно.
Я счастлива, что у меня, помимо классических балетов, уже больше 20 лет существуют авторские проекты и большие концертные шоу, такие как «Одержимость», концертные программы с участием местных ребят. Когда я приезжаю — неважно, в большие или малые города, — у меня есть традиция приглашать творческих местных ребят, и для них это радость, это счастье.
Знаете, я счастлива быть любимой детьми. Это бесценно, потому что для меня не все в жизни измеряется деньгами. Есть такие ипостаси, как любовь, человеческие отношения — если они истинные, — и эмоции, которые мы дарим друг другу. Это не продается и не покупается за деньги.
И поймите, когда меня спрашивают (и дочка моя раньше спрашивала: «Мама, зачем ты это делаешь? Вот эти благотворительные концерты, спектакли — ты за них не получаешь денег, еще и свои из кармана тратишь на команду и артистов»), я всем говорю: я просто не могу этого не делать. Это мой человеческий долг.
Мне было и всегда значимо мнение обо мне как о балерине, как о выдающейся балерине. Такие мэтры великого русского искусства, как Майя Плисецкая, Родион Щедрин, Юрий Григорович, Владимир Васильев, Борис Эйфман — это великие люди, и мои педагоги Екатерина Максимова, Наталья Бессмертнова, Наталья Дудинская. Я счастливый человек. Их мнение мне всегда было важно.
А вот этим товарищам, которые не знали меня лично… Вы поймите: зрители, которые приходят в зал, заполняют его и видят меня на сцене танцующей или поющей (у меня есть авторский проект, который сегодня представлю с моими песнями и специальными гостями), — зрительный зал стоя рукоплещет, и это благодарные зрители. Многие приходят с предвзятым отношением, думают: «Шпагат умеет делать или нет?» Но когда видят профессионализм на сцене, меняют мнение.
Возвращаясь к тем, кто судачит, могу сказать одно: чесать языками гораздо легче, чем ногами, и мозоли на моих ножках от пуант гораздо выше, чем мозоли на языках этих злых и завистливых людей.
У меня есть один неоспоримый факт, который на всю жизнь будет для меня щитом: как ни крутите, что бы ни говорили, — я вошла в историю как выдающаяся русская балерина, сегодня самая узнаваемая в России и далеко за ее пределами.
«Я не знаю, сколько мне Бог попустит еще танцевать»
— Сейчас все больше звезд шоу-бизнеса начинают петь, не имея при этом сильных вокальных данных. Как вы считаете, из нашей эстрады кто-то незаслуженно носит звание народного артиста?
— Я сразу скажу: никогда не возьму на себя смелость осуждать любого человека из мира музыки, танца. Потому что эти люди в любом случае — поют они под фонограмму или нет — заслуживают уважения. На все выпады в мой адрес я всегда отвечала и буду отвечать творчеством, которым одержима. Меня тоже могут осуждать из мира балета.
Так я сама скажу: сегодня балерин много, и многие танцуют лучше меня по технике — техника идет вперед, данные у балерин больше и лучше, чем у прошлого поколения. Но каждый занимается своим предназначением. Мое предназначение — светить людям своим творчеством, добротой, открытостью. Я никогда в жизни никому не отказала в фото или автографе — это мой человеческий долг перед зрителем.
Я не знаю, сколько мне Бог попустит еще танцевать. А что касается песен — я не претендую на звание певицы. Вокал — искусство, которому нужно учиться годами. Но для меня песни — это возможность общаться со зрителем голосом, сказать что-то со сцены в рамках моего проекта «Сцена моя». Зрителям это нравится, потому что это возможность соприкоснуться со мной…
«Самые страшные две недели в моей жизни»
…Эта музыкальная программа стала для меня настоящим спасением после тяжелейшей операции в Германии по замене тазобедренного сустава. Это были самые страшные две недели в моей жизни — в чужой стране, в клинике, даже если это VIP-палата. Я делала операцию в Германии, потому что наши врачи в лучших клиниках не взяли на себя ответственность, а мне нужна была гарантия, что я надену пуанты и выйду на сцену. Профессора просили меня 3,5–4 месяца не надевать пуанты, не давать нагрузку. Но не прошло и трех недель, как я отбросила костыли, которых стеснялась и боялась, и надела каблук 15 сантиметров. Я начала давать концерты по четыре в месяц и расписала график до середины августа. А спустя месяц уже добавляла танцевальные композиции с партнерами. Я этому очень рада и счастлива. Как говорится: «Не судите, да не судимы будете».
В мои 50 лет, когда многие балерины уже не танцуют, я в прекрасной форме, в творческом процессе — танцую, пою, создаю драматический спектакль «Зеркало». Моя подруга Леночка Голицына, замечательный фотограф и режиссер, из своей студии в центре Москвы сделала камерный театр на 60 мест. Мы нашли актеров. Спектакль будет про институт семьи, отношения, зависть, матерей и дочерей, злого гения, олигарха, шута в виде сплетни, хроникера, доброго юноши — по сути, персонажей «Лебединого озера», перенесенных в современность. Та же принцесса, балерина, принц, злой гений, шут — пять героев. Я не остановлюсь на достигнутом.
А как вам моя песня «Кто эти люди?» Я про этих и написала — про судилище, которое мне устроили. Кто эти люди? Если обращать внимание на каждого, кто что сказал или написал… У меня профессиональная команда, небольшая, но она оберегает меня от грязи, которая может быть вылита, или от того, что может показаться неприятным. И я живу, как говорила мой педагог Наталья Дудинская, в замке Спящей красавицы на берегу Лебединого озера.
«Две мечты балерины — пожрать и похудеть»
— Как вы восстанавливаете силы после выступления или репетиции, помимо бани и массажа?
— Знаете, у меня после концертов и шоу физической усталости как таковой нет. Есть мышечная, когда забиваются мышцы, но сцена и зрители дают мне столько энергии, что мне не нужно никакого особого расслабления. После операции я очень быстро вышла на сцену, и еще лежа в клинике планировала выходы, потому что знала: энергия поможет восстановиться быстрее.
Если поставить на чашу весов массаж или, скажем, покурить кальян в хорошей компании — я выберу второе. Я трудоголик с детства. Когда поступила в балетное училище, у меня вообще не было физических данных. То, что сегодня вызывает восхищение — шпагат, растяжка, — всего этого не было. Это плоды многолетнего ежедневного многочасового труда. Я с детства настроила себя не чувствовать усталости, как и голода. Помните, как говорила Майя Плисецкая: «Две мечты балерины — пожрать и похудеть». Но я действительно пришла в 9 лет в академию в Петербурге и сказала себе: «Настя, ты не будешь больше испытывать чувство голода».
Сейчас в моем рационе — салат и зелень утром, вечером — яйцо всмятку или овощной суп. Я не ем соль, сахар. Я так привыкла, уважаю свой организм. Суп лучше без соли. Том-ям готовят без креветок, из грибов, с томатной пастой, лимоном, приправами, кокосовым молоком и китайской капустой. Мне легко и хорошо.
«С близкими родственниками у меня сложные отношения»
— Кто вам сейчас ближе — ваш PR-директор Лола (прежде была ее домработницей. — Прим. ред.) или дочь Ариадна?
— Сейчас ближе Лола, мы каждый день в одном доме и в одной команде. Она и рабочий телефон, и душа светлая. Ощущение, что Лола относится ко мне лучше, чем моя мама. К сожалению, с близкими родственниками у меня сложные отношения — они сопряжены с фальшью, лицемерием, потребительством.
Ко мне обращались только когда нужно было что-то — деньги или решение вопроса. Я все приняла и оставляю как есть. Я всем из родственников все сделала и больше никому ничего не должна. Если они выбрали деньги или манипуляции — это их выбор. Мой выбор — творчество, любовь к детям. Меня обожают дети всей России, мне этой любви достаточно.
— Что выберете: год без Мальдив или год без соцсетей?
— Мальдивы ни на что не променяю. Год без соцсетей, выбираю Мальдивы.
— Что выберете: пойти в баню с Сулейманом Керимовым или улететь на Мальдивы, но без него?
— Улетела бы на Мальдивы, потому что с Сулейманом Керимовым у меня связаны потрясающие годы любви, я сохраняю их в памяти.
— Что выберете: полное одиночество до конца жизни или брак с Никитой Джигурдой?
— Ни то, ни другое. Браком хорошее дело не назовешь. Я мечтаю о союзе с мужчиной на равных, чтобы созидать, творить добро и любить друг друга.
752 мм рт. ст.
87%