Угольный расчёт

19 февраля

В Киеве появилась новая Кассандра - Аваков обещает Западу беды и реки крови, если он, Запад, пойдет на сделку с Россией. В интервью немецкой Ди Вельт Аваков признает, что Украина слаба и может перестать существовать как единое государство. Но последствия будут катастрофичными - на дно пойдем, дескать, вместе.

Помните (говорит он), что от Киева до Берлина всего два часа лету. Мы вас не защитим - украинская армия насчитывает 250 тысяч солдат, ну, еще тысяч сто тридцать полицейских, бойцов нацгвардии и пограничников. Но даже смерть собственной страны Авакова занимает мало. Он уверен, что «путинский режим не выдержит потерь, которые будут исчисляться десятками тысяч убитых».

Однако министру внутренних дел Украины надо бы сейчас не за Европу переживать. Его собственная слабость опасна для Украины. Происходит то, о чем предупреждали еще три года назад - силы, выросшие из Правого сектора, Майдана и фронтовых нацбатальонов, выходят из-под контроля власти. Сегодня они диктуют условия - причем, с оружием в руках.

Еще в декабре безбашенные оголтелые националисты из Киева, называющие себя ветеранами АТО, заблокировали несколько железнодорожных перегонов донецкого и луганского направления и потребовали прекратить торговлю с оккупантами. Так не вовремя, посреди зимы, и неприятно для власти в Киеве открылась новая тема Донбасса. И была она не про войну - про уголь.

Вдруг широко стало известно, что все годы гражданской войны Украина покупала здесь уголь. Им снабжала свои ТЭС, заводы, обогревала дома. И за него исправно платила. То есть для иностранного зрителя те же шахтеры Донбасса были отщепенцами и террористами, которых для порядка обстреливали из всех видов оружия, а на самом деле они буквально спасали страну. За деньги. 

Но что сейчас делать с этой блокадой? Понятно, что официальный Киев абсолютно беспомощен перед этими вооруженными бандами. Всё, что они делают, тянет на несколько уголовных статей и военный трибунал. Это вооруженный захват и угроза оружием. Но кто пойдет арестовывать героев - лично Аваков или Турчинов?

Вторая проблема глобальнее. Украина начинает замерзать. Уже введен режим чрезвычайной ситуации. Но что дальше? Местные жители опасаются провокаций. Без боя банды не сдадутся, а для ВСУ это может стать легальным поводом подвести войска. За развитием событий следит наш специальный корреспондент в Донецке Семен ЕРЕМИН.

Олег, кочегар: «И так лопат 60-80 в день».

Дело нехитрое, успевай только подкидывать. Cтарая топка, простая как автомат Калашникова, шутит Олег. Переварит всё.

Олег, кочегар: «Этот уголек попроще, но тоже хорошо горит, а вообще на морозы приберегаем антрацит - вон он снежком присыпан».

Это Луганск и топлива тут будет столько, сколько нужно. Но к антрациту относятся бережно - все-таки в целом мире - один процент от общих запасов угля. Этому дворцу детского творчества переживать не о чем. А вот украинцев Олегу жаль.

В контексте

23 апреля

Как начинали убивать Донбасс. Три года предательству Киева

Ведущая: «На пороге веерных отключений! Из-за блокады поставок угля-антрацита Кабмин ввел чрезвычайные меры на рынке электроэнергии!»

В отличие от маленькой луганской кочегарки, без элитного ископаемого не могут обойтись семь мощнейших теплоэлектростанций - больше трети всей генерации страны. Которая вот этими «порожняками» тянется к донецким и луганским шахтам, сжигая последние тонны драгоценного для них камня. Запасов - всего на пару недель, и придется экономить. Под ударом Киев, Харьков, Чернигов, Сумы, Черкасы и так далее. Стоишь вот здесь, на станции Родаково, недалеко от линии соприкосновения, видишь все эти составы - сотни и сотни вагонов, без которых целая страна сейчас на пороге больших проблем - и в голове не укладывается, как политика может быть превыше уже даже не экономики, а буквально выживания миллионов людей? Да и политика ли это вообще? Скорее, странная и даже страшная игра.

Владимир Гройсман, премьер-министр Украины: «Не дай бог - отключения больниц, в жилых домах - по электроэнергии - там, где живут люди, живут дети, пожилые люди. Хочу заявить, что как премьер-министр Украины я сделаю все, что бы недостать каких-либо проблем!»

Эффектные паузы той речи и металл в голосе Гройсмана на деле так и не отразились. Он еще попеняет на штаб АТО, мол, блокада в зоне боевых действий, а значит, в вашей юрисдикции. Президент Порошенко потребует ликвидировать угрозу стратегической инфраструктуре от Совета Национальной Безопасности и Обороны. СНБО снова адресует проблему Кабмину. Тем временем, активисты блокады отрежут последний из трех путей доставки.

Семен Семенченко, депутат Верховной Рады Украины: «Ты негодяй! Негодяй! И твоя глумливая улыбочка скоро с лица сойдет!»

Депутат Верховной Рады Семен Семенченко, координатор блокады, так запросто  унижает офицера полиции. И тот стыдливо сбежит вместе со своим спецназом. Ну как их уберешь, патриоты ведь, ветераны АТО? Те же взорванные рельсы, те же костры у дороги, те же воинственные люди. Все это здесь уже было сто лет назад, когда на волне насилия той гражданской войны, поезда грабили махновцы.

Михаил Погребинский, директор киевского центра политических исследований и конфликтологии: «У нас есть правоохранительные органы, прокуратура, СБУ, МВД, Нацгвардия, которые должны были давно это пресечь, если бы они действовали строго в соответствии с законом. Но у нас не работает такой режим ввиду чрезвычайной слабости государства. И нужно не просто политическое решение, а такое, которое разделило бы ответственность Президента, Авакова, разных игроков».

И пока духу выходить против этих молодчиков хватает только у женщин и стариков. Правда этот скромный пикет ярые «защитники» народа Украины разгонят одним своим видом и парой недвусмысленных фраз.

Участники блокады: «Вы что, провокаторы? К бою!»

Теребя плакаты, люди пойдут по домам - смотреть телевизор - пока еще есть электричество - где все тот же Гройсман будет рассуждать о диверсификации энергетики. О том, что драгоценный уголь можно купить, например, в Африке, пусть и почти вдвое дороже.

Валентин Землянский, директор энергетических программ центра мировой экономики и международных отношений НАН Украины: «Когда говорят о возможности импорта, возникает вопрос: а кто заплатит за банкет? На чьи плечи ляжет возросшая оплата угля? И понятно, что ляжет на потребителя. Первый удар пойдет по промышленности, дальше это будет население».

Промышленность - тема отдельная. Антрацит, ведь, это еще и сырье для металлургии. А весь Юго-Восток Украины - это единый производственный комплекс. Прямые потери украинского бюджета составят от 2-х до 4-х миллиардов долларов. И это больше, чем вся программа помощи МФВ на ближайшие три года. А что если этот патриотизм блокадного актива – всего лишь  элемент обычной  войны олигархов. Почти все попавшие под удар предприятия - собственность Рината Ахметова. А единственная реальная возможность быстро оживить энергетику - собственный мазут - в других руках.

Дмитрий Абзалов, политолог: «Мазут на Украине производится НПЗ, который принадлежит господину Коломойскому. И надо отметить, что Семенченко так же человек, который активно финансируется по линии экс-главы «Привата». И можно сказать, что за этим стоит экономический интерес, попытка отжать Ахметова от металлургического контура и, соответственно, от энергетики, от распредсети, прежде всего».

А что же, собственно, те самые антрацитовые шахты непризнанных республик, из-за которых блокаду вроде бы как и устроили?

«Следующий! Еремина берите!»

Каска, фонарь и шахтерский самоспасатель - под роспись. Зовут все увидеть своими глазами. Шахта Комсомольская в городе Антрацит. Спускаться на километровую глубину, где залегает самое ценное, что есть на Донбассе, минут 10. И прямо в лифте - главное.

Станислав Селиванов, генеральный директор угледобывающего предприятия «Антрацит»: «Есть блокада, нет блокады, на нас это не отражается! У нас как в той подводной лодке: достаём конверт N4, вскрываем и у нас очередь на покупателей».

Графика. Кто конкретно в том самом конверте, пока не говорят. Но семи пядей во лбу, для того что бы предположить, и не надо. Планетарные запасы антрацита - 24 миллиарда тонн. Львиная доля - примерно по 6 миллиардов - приходится на Россию, Украину и Китай. Но разница в темпах добычи - большая. Если мы свой лучший уголь будем выкапывать еще дольше 700 лет, Донбасс - порядка 300, то Китаю осталось всего около 20. 275 миллионов тонн в год потребляют энергетика и производства Поднебесной. И это ли не повод задуматься об импорте ресурсов? Тем более в момент, когда кто-то внезапно от них отказывается. Другие крупнейшие потребители - Япония, Франция, Бельгия, Испания. И для них это в первую очередь экология. Антрацит сгорает до тла, выделяя максимум тепла и минимум сажи. Но этим странам, понятно, на освободившиеся ресурсы позариться не даст политика. Подземелье с угольной взвесью в воздухе, от которой кажется, что свет фонаря можно потрогать руками - свято место, и пустовать на рынке энергоресурсов оно не будет. Вот она, река того самого черного золота. И течет она, не то что не мелея - ровно два дня назад тут открыли новую выработку, «33-ю лаву пласта h-8» - так это называется - с потенциалом в дополнительную тысячу тонн в сутки. И если новые экспортные контракты будут заключены, Украинским нуждам в планы добычи просто не втиснуться. Потенциальным партнерам, уверяют в Луганске, нужно много и сразу. И всех дорог не заблокируешь.

Владимир Евдохин, директор Луганской железной дороги: «У нас остается единственный выход - на Россию, через станцию Красная Могила, Гуково - это пограничный переход».

Понятно, что непризнанные, понятно, что как-то нужно оформлять торговые документы. Но, по иронии, антрацит, который недальновидные соседи с украинской стороны сделали камнем преткновения, может стать и камнем философским, способным излечить, в том числе и политические болезни.

 

ДРУГИЕ СЮЖЕТЫ

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ

14 мая

Война народная на улицах украинских городов

14 мая

АЭС Украины как игры с опасными предметами

21 мая

Как на Украине бандеровцы в рясах захватывают церкви


НАПИСАТЬ КОММЕНТАРИЙ

Для того чтобы написать комментарий, Вам нужно войти

Забыли пароль? Регистрация


НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ