Наше родное застолье

2 янв, 15:00 Моё родное

Раньше шампанское пили разве что в новогоднюю ночь. Шутка ли, бутылка игристого стоила больше шести рублей — почти как две бутылки водки. При этом, никто не знал, что настоящее шампанское — это сухое или даже брют, и все гонялись за полусладким.

В другие дни пили что попроще. Стакан разливного сухого вина на юге страны стоил от 12 до 14 копеек, а кружка «Жигулевского» в ленинградской пивной — 25 копеек. Причём, в пиво для полноты ощущений часто добавляли водки из знаменитой четвертушки, после чего можно было угодить в вытрезвитель. Впрочем, в новогоднюю ночь пьяных милиционеры развозили по домам — как обычное такси. Было и на что опохмелиться — пустая бутылка в пункте приёма стеклотары стоила от 12 до 20 копеек, и у кого-то под ванной накапливались целые состояния.

О том, как проходили наши родные застолья, Михаилу Боярскому рассказывают Алла Пугачева, Николай Фоменко, Евгения Добровольская, Валерий Баринов и Виктор Логинов. А бывший бармен Валерий Сюткин даже делится рецептом незабываемого ликёра «Шасси», вкус которого знал каждый авиамеханик того времени.

О программе

Эпоха СССР — уходящая натура. Интерьеры, предметы быта, сленг того времени, — всё это постепенно забывается, стирается из памяти даже у тех, кто застал эти времена. Современным детям всё это может показаться вещами, попавшими к нам с другой планеты.


Комментарии

Написать комментарий

Для того чтобы написать комментарий, вам нужно войти

Вход

Через социальные сети

Регистрация

Войти Восстановить пароль

Восстановить пароль

Войти Регистрация


Смотрите также

Моё родное

История моды 70-80-х годов, SPA-процедуры в СССР и гардеробные тайны звёзд в выпуске «Наша родная красота».

Моё родное

В СССР бесплатные секции были повсеместно. Занятие спортом считалось делом идеологически правильным. К спортсменам относились с уважением — даже к начинающим. А уж мастеров спорта и членов сборной СССР в буквальном смысле носили на руках.

Моё родное

Получив повестку в военкомат каждый советский призывник испытывал противоречивые чувства. Уходить из дома на два, а на флоте и на все три, года, естественно, мало кто горел желанием, но и «откосить» от армии никто не пытался. Сама мысль об этом считалась неприличной.

Моё родное

«Моя милиция меня бережёт» — лозунг, знакомый с детства каждому советскому человеку. Кто сомневался в этом? Да никто! Ведь все знали, что в милиции работают самые смелые, ловкие и честные, словом — лучшие люди в стране.