Владимир Одоевский «Последний квартет Бетховена»

В 1827 году в Вене умирает Людвиг ван Бетховен (род. 1770), и сразу после получения известия о его кончине русский писатель и философ В. Ф. Одоевский (1804-1869) задумывает написать статью, посвященную гениальному композитору и его последним произведениям, музыка которых была настолько непривычна уху людей 19 века, что им было проще списать это на глухоту и сумасшествие Бетховена, чем пытаться ее понять.

В письме к М. П. Погодину от 29 апреля 1827 г. Одоевский писал: «Поверишь ли тому, что я в петербургских книжных лавках ничего не мог найти о Бетховене, кроме того, что он был побочный сын Фридриха Вильгельма II, короля прусского; родился в Бонне в 1772 году, учился у знаменитого Альбрехтсбергера и одиннадцати лет разыгрывал труднейшие сочинения Себастьяна Баха. Что же касается до его музыкального характера, то об нем речь после будет в одной музыкальной статье, которую я Вам пришлю». (История о том, что Бетховен был внебрачным сыном прусского короля, была расхожей сплетней начала 19 века).

Однако вместо задуманной музыкальной статьи спустя три года Одоевский лет создает небольшое произведение под названием «Последний квартет Бетховена».

В умещенном всего на четырех страницах «Последнем квартете Бетховена» писатель смог соединить все признаки как художественного, так и глубокого философского произведения. В своей новелле Одоевский пытается понять природу творчества и поднять глубинные вопросы, касающиеся искусства, которыми задается гениальный Бетховен, и которые не в состоянии постичь обыватель.

Трудность в восприятии последних квартетов Бетховена теперь, спустя 200 лет, объясняется просто: публика того времени привыкла к наличию тем в музыкальных произведениях и развитию их по определенным правилам. Бетховен же предвосхитил новый музыкальный язык, который разовьется в 20 веке, написав свои квартеты с использованием частой смены темпов, гомофонного и полифонического изложения и сложных музыкальных конструкций. Это, скорее, «разговор» инструментов, а не одна общая тема. Слушая такие хроматические и темповые наслоения сложно расслабиться и отдаться наслаждению музыкой, это, скорее, мыслительная работа, чем наслаждение. А публика тех лет приходила на концерты не думать, а наслаждаться.

Отдельно надо отметить, что негативная характеристика последних квартетов Бетховена вкладывается Одоевским в уста музыкантов. Сам же писатель восхищался новым музыкальным языком гениального Бетховена и в одной из статей называл его Чацким и гневно отзывался о «Фамусовых музыкального мира», считавших композитора сумасшедшим.

Точная дата написания новеллы не установлена. Известно лишь, что впервые «Последний квартет Бетховена» был опубликован в альманахе «Северные цветы», СПб, 1830 г. за подписью: «Ь, Ъ, Й». Этот псевдоним соответствует последним буквам имени и титула В. Ф. Одоевского: «Князь Владимиръ Одоевскiй».

«Последний квартет Бетховена» был восторженно встречен русским литературным сообществом, где его особо отметил А. С. Пушкин. И. Кошелев писал В. Одоевскому: «Пушкин весьма доволен твоим „Квартетом Бетховена“. Он говорит, что это не только лучшая из твоих печатных пьес (что бы немного значило), но, что едва когда-либо читали на русском языке статью столь замечательную по мысли и по слогу…»

Спустя почти 15 лет, в 1844 году, Одоевский уже под своей фамилией опубликовал новеллу «Последний квартет Бетховена» в своем цикле «Русские ночи», внеся в текст некоторые стилистические изменения.

Весной 1827 года музыканты-любители разучивали вышедший из печати новый квартет Бетховена. Они то в возмущении бросали инструменты, то с жаром обсуждали, что «Бетховен уже не тот», нет его мелодизма, а музыка превратилась в педантичный набор нот. Одни связывали это с глухотой композитора, другие и вовсе подозревали его сумасшествие.

В этот момент в комнату к репетирующим зашел растрепанный человек и, сев в углу, стал слушать. От сыгранных звуков он заплакал, сказав вошедшей в комнату девушке: «Я слышу, слышу!». Вскоре они ушли, оставив музыкантов репетировать.

Девушкой была последняя ученица великого Бетховена, которая заботилась об умирающем композиторе. И ей он стал подробно рассказывать, какая теперь звучит музыка в его голове, и что он хотел бы успеть написать до своего ухода…

На светском бале кто-то вскользь обмолвился о том, что капельмейстер Бетховен умер и его даже не на что похоронить… Но эта фраза утонула в шуме общего веселья.