«Золушка»

03.01.2009, 2:30 Культурный слой

История создания всеми любимого фильма "Золушка" похожа на волшебную сказку. Картину запустили в 1944 году, в тот момент, когда цензура в советском кино очень ненадолго ослабла. Если бы чуть позже, скорее всего, она бы никогда не вышла на экраны. Ведь вся съемочная группа "Золушки" выглядела крайне сомнительно.

Лев Лурье: 8 мая 1947 года здесь, перед зданием на Невском-72, было очень людно. Нарядная толпа. Дело в том, что в этом доме, где находится сейчас Кристалл-палас, до 1960 года был Дом кино. Премьерная публика собралась посмотреть очередное произведение киностудии «Ленфильм». Блестящие имена: сценарист Евгений Шварц, режиссеры Кошеверова и Шапиро, художник Николай Акимов. Фильм детский, назывался он «Золушка».

«Золушка» задумывалась в 44-ом году, после снятия блокады. Ленфильм только что вернулся из эвакуации в Алма-Ате. Надежда Кошеверова, молодой режиссер, встречает в коридоре киностудии свою давнюю знакомую актрису Янину Жеймо.

Евгений Биневич, театровед: Она сама мне рассказывала. Жеймо была такая вся забитая, бедная, несчастная. Она на нее посмотрела и говорит: «Яня, тебе нужно сняться... то есть мы должны сделать с тобой «Золушку».

На послеблокадном Ленфильме снимали военно-патриотические фильмы в роде «Великого перелома» Фридриха Эрмлера. Это было естественно. Однако именно в тот момент не только в кино и культуре, но и в общественной жизни в целом наступил короткий период послевоенной оттепели. Казалось, что победа над фашизмом будет означать перемены к лучшему в самом Союзе.

Наталья Трауберг, писатель, переводчик: Это время было особенное, когда масса стихов возрождалась, кто-то даже Ходасевича из Европы привез. Мандельштам неизданный, воронежский, армянский ходил по рукам. Козинцев подарил мне старого Мандельштама как раз тогда, 28-го года. Думали, что что-то возвращается.

Яков Бутовский, историк кино: Это ощущение, что будет по-другому, что люди будут чувствовать себя более свободно, что кошмар конца 30-х гг. закончится, начнется наконец нормальная жизнь. Это ощущение было очень сильное. Именно в этом ощущении писался сценарий.

Написать сценарий к «Золушке» - задача, которая решалась в мировом кино сотни раз. Но удачных киноинтерпретаций знаменитой сказки не так много. Здесь нужно и остроумие, и сказочная эстетика, и веселость, и лиризм. Выбор Кошеверовой был безошибочный: она поручила сценарий драматургу Евгению Шварцу.

Лев Лурье: Этот дом на канале Грибоедова известен тем, что в 30-е годы его надстроили и полученные таким образом квартиры на последних этажах раздали писателям. Сталин, как известно, был похож на Петра Первого. Он тоже любил селить людей слободами. У Петра были пушкарская слобода, артиллерийская, посадская. А у Сталина были Дом специалистов (там жили инженеры), или Дом кинематографистов, а вот здесь жили писатели. Самые разные писатели. В Советском Союзе, как известно, писателем назывался тот, кто состоял в Союзе писателей. За ними следили. Если они плохо себя вели, их арестовывали. Из этого дома увели на расстрел Николая Олейникова и в это же время отправили в Колыму Николая Заболоцкого. Здесь жил писатель, к которому серьезно его коллеги не относились. Это был детский писатель, довольно удачливый. Евгений Шварц. В самое страшное время Евгений Шварц сумел обдурить советскую власть. Он никогда не писал ничего такого, чего бы он не имел в виду. Евгений Шварц самый загадочный, один из самых замечательных русских писателей ХХ века.

Мария Крыжановская, внучка Евгения Шварца: После смерти Сталина мама моя, ей было около 20 лет, плакала. Она привыкла жить при этой власти, у нее были иллюзии. Тогда, мама рассказывала, дедушка ей сказал: «Не плачь, дочка. Это был подлец и негодяй». При жизни Сталина он ей этого не говорил, эта тема не обсуждалась.

Елена Грачева, филолог: Шварц действительно лицедей, лицедей от Бога, человек, у которого актерство в крови, который весь мир видит населенным потрясающими, интересными персонажами для его игры.

Чуковский говорил, что Шварц использует сказочные сюжеты, как Шекспир берет за основу хроники. Оставляя материал условным, Шварц его освежает и осовременивает. Персонажи «Золушки», с одной стороны, жители сказочного королевства, с другой - граждане Союза 40х гг. Лесничий оказывается забитым советским интеллигентом, которого нещадно гнобит мещанка-жена. Мачеха в исполнении Фаины Раневской в совершенстве владеет интонациями советского трамвайного хама.

У Надежды Кошеверовой на этом фильме был сорежиссер, Михаил Шапиро. До этого они уже делали вместе картину «Черевички» по Гоголю. Они уже начали работать в области детского кино, которая для Кошеверовой станет основной специализацией. После «Золушки» Кошеверова поставила картины «Старая, старая сказка», «Ослиная шкура», «Как Иванушка-дурачок за чудом ходил». Шапиро же продолжал работать сорежиссером, самостоятельно снял только два фильма - оперу «Катерина Измайлова» и «Искатели». В режиссерском дуэте Кошеверовой и Шапиро главную роль играла, безусловно, Кошеверова, которая долго будет оставаться железной леди Ленфильма.

Петр Багров, историк кино: Она была такая очень суровая, с мужским характером, без чувства юмора, между прочим. Как Шварц про нее писал, она была «хороший парень». Хороший парень, хороший товарищ. Для этой компании это было самое то. Женщина, которая при этом обладает сильным характером и может все это организовать.

Александр Поздняков, президент Петербургской ассоциации кинопрессы: В советском кино, начиная с 20-х гг., была такая традиция комсомольских бригад. Козинцев и Трауберг, Зархи и Хейфец. Это хорошо звучит. Такая массовость определенная. Плюс страховка. Если один режиссер, малоизвестный, начнет заваливаться, вытянет второй. А если все завалится, ответственность будет поделена между двумя режиссерами.

Обычно эстетика фильма исходит от режиссера, задача художника зафиксировать то, чего хочет режиссер. На «Золушке» было иначе. Оба режиссера (и Кошеверова, и Шапиро) исполняли скорее организационную роль. Шварц писал сценарий по заказу, но совершенно независимо. Подобно этому работал и знаменитый художник картины Николай Акимов, по чьим эскизам делались все костюмы и декорации. Акимов был театральным художником, только потом стал и режиссером тоже. В 1935 году он возглавляет Театр Комедии в Ленинграде.

Лев Лурье: Это был театр, я бы сказал, буржуазный, как ни странно. Театр, в котором сценография была абсолютно такая же, как и в современной ему Европе, как у Кокто или у Сальватора Дали, не отличишь. Акимов - это такой русский европеец, изящный, сдержанный, образованный, мастеровитый. В конце 30-х он находит своего драматурга, который был непохож на него абсолютно. Е. Л. Шварц, наоборот, был человеком непрактичным, мешковатым, с трясущимися руками, не умеющим устроить свои бытовые дела. Их сравнивали со Штольцем (Акимовым) и Обломовым (Шварцем). Штольц и Обломов ленинградского театра. Они-то и определили развитие ленинградского театра на десятилетия вперед.

Мария Крыжановская, внучка Евгения Шварца: Но он был руководителем по складу личности, при том что он был художник и разносторонний человек. Шварц, конечно, его уважал и понимал, что во многом обязан Акимову тем, что создал лучшие свои пьесы. Потому что известно, что Акимов был единственным, кто его ставил, его взрослые пьесы, и воодушевлял его. Так что Акимову Шварц был благодарен.

Яков Бутовский, историк кино: Сказочные декорации. Они, по-моему, ближе к сказкам Андерсена, чем к сказкам Перро. И вообще, вся эта экранизация в большей степени такая андерсеновская получилась. Я знаю уже по более поздним знакомствам с архивами Ленфильма, что на художественном совете, когда обсуждались эскизы Акимова, было очень много возражений.

Лев Лурье: «Золушка» в декорациях Акимова по сценарию Шварца получается очень театральная. А кино и театр - это все-таки разные, друг на друга не похожие искусства. Сумел преодолеть эту театральность замечательный оператор Евгений Шапиро, ученик великого Москвина, оператора Эйзенштейна. Шапиро еще до войны снял «Медведя» по Чехову и стал выдающимся мастером превращения театра в кино. После «Золушки» он снял «Двенадцатую ночь» и «Собаку на сене». «Золушка» из театрального представления становится законченным кинематографическим шедевром.

Татьяна Шапиро, дочь оператора Евгения Шапиро: Акимов бывал на съемках, естественно. Они с отцом очень дружили, советовались. Отец говорил, что его эскизы были прекрасные.

Петр Багров, историк кино: Акимов довольно много работал в кино, это обычно выглядело очень коряво на экране. Либо вообще пропадало все, либо просто стоит театральный задник: у него же очень все условно нарисовано. Шапиро очень точно это все снимал.

Евгений Шапиро мастерски снимал условное кино, это уже к 40-м гг. на Ленфильме знали все. Но знали и другое - он как никто умел делать портреты. На «Золушке» снимались самые известные актеры того времени, и оператору предстояло решить довольно сложную задачу. Вписать кинозвезду в сказочный контекст и оставить узнаваемой для зрителя. Варвара Мясникова, исполнительница роли Феи, например, была всем прекрасно известна как Анка-пулеметчица в фильме «Чапаев». Зритель увидел в ней Фею, и дело здесь далеко не только в гриме и в костюме. Еще более ответственный момент для оператора - сделать из 37-летней Янины Жеймо 16-летнюю Золушку.

Татьяна Шапиро, дочь оператора Евгения Шапиро: Она всегда говорила отцу, что придет на съемку после 11. До 11 она не может. Она, видимо, приводила себя в порядок. Сон был для нее важен. Когда она приходила, она снималась до конца и была юной, прелестной Золушкой. К тому же у отца был какой-то свой секрет, он снимал актрис прекрасно.

Александр Поздняков, президент Петербургской ассоциации кинопрессы: Хотя она была старше Золушки на 20 лет, это никогда не бросалось в глаза. Она до последних дней оставалась хрупкой, очаровательной, миниатюрной женщиной без возраста. Она была девочкой, но уже и девушкой, в которой пробуждаются чувства.

Лев Лурье: В этом доме на Малой Посадской жила Янина Жеймо. Вообще, в этих домах жило традиционно много работников Ленфильма. Янина Жеймо не киноактриса по профессии, она из цирковой семьи. И начинала как акробат, наездница. У нее были цирковые профессии. Но с 20-х гг. она начинает сниматься. И перед войной снялась в главной роли в фильме «Подруги». Там ее приметил Иосиф Виссарионович Сталин, который был вообще синефил, ни одного советского фильма не пропускал. Заметил, и она ему страшно не понравилась. Тем не менее, в 1944 году, Кошеверова, режиссер «Золушки», решает выбрать именно Янину Жеймо на главную роль. При том что ей было уже 37 лет, и она была не инженю, а травести, то есть обычно играла мальчиков. Все были против: руководство киностудии, администрация.

Жеймо не нравилась, ее не хотели видеть в качестве главной героини. Она училась в студии ФЭКС, работала у Козинцева и Трауберга, даже сыграла одну из эпизодических ролей в знаменитой «Шинели». Ее все прекрасно знали, но ставить ее, и польку по национальности к тому же, в центр такой масштабной картины, как «Золушка» казалось нонсенсом. Начинается операция по выдавливанию Янины Жеймо из съемочной группы «Золушки».

Наталья Трауберг, писатель, переводчик: Все время я слышала о том, как хотят оттеснить Жеймо. С одной стороны, хочет администрация студийная. Наверное, бедный Глотов был тогда директором студии, но не ручаюсь. Но они хотели просто так, чтобы что-нибудь запретить. Такие дамы, и актрисы, я уж не знаю, кто... женщины, считали, что она маленькая, недостаточно молодая, карлица. Хотя она была очень милая, добрая, прелестная, безвредная женщина. Еще к тому же несчастная, потому что только что ее бросил муж.

Петр Багров, историк кино: И в итоге нашли актрису действительно, которой не было еще и 20, такую, вполне себе кукольной внешности, очень хорошенькую - Жеймо все-таки такая немножко эксцентричная. Шили платье на нее специально. Были готовы снимать ее. Хотя все любили Жеймо и были уверены, что она справится в смысле актерском.

Наталья Трауберг, писатель, переводчик: Пробовали какую-то балерину молоденькую по фамилии Мазун, кто-то говорил, что какая некиношная фамилия. А другой говорил, что наоборот, «Мазун» и «Золушка» - это что-то похожее. Я помню, я пришла на студию, она стояла, эта девочка, очень хорошенькая, конфетная такая.

Но Евгений Шварц не хотел ничего этого слышать. Он твердо настоял на выборе Жеймо. Золушка не должна была походить на диснеевскую полногрудую барышню, такие давно наскучили Принцу. Его может привлечь только доброта, детская непосредственность и невинность. Это никто не мог сыграть лучше Жеймо, несмотря на ее 37 лет.

Анатолий Праудин, театральный режиссер: Основная мысль этой притчи, этого мифа заключается в том, что мир принадлежит не красивым женщинам, а мир принадлежит добрым людям. Золушка должна уступать по своим внешним качествам сестрам. Но материнское наследство (а материнское наследство заключается в том, что будь кроткой и искренней, и тогда Бог не оставит тебя), вот это сработало.

Когда нужно, Шварц мог проявить всю необходимую настойчивость, обломовские мягкость и пассивность уступали штольцевской жесткости. Отстаивая Жеймо, он пошел против администрации, руководства, влиятельных людей, даже съемочной группы. Уговаривал, спорил, ссорился и добился своего. Но был один человек на площадке, который ни за что не хотел ни в чем уступать Шварцу, равно как и кому-то еще. Конечно, это была исполнительница роли Мачехи Фаина Георгиевна Раневская.

Мария Крыжановская, внучка Евгения Шварца: То, что касалось как раз Раневской, тут, я знаю, у отца были разногласия с ней. Ему казалось, что она играет слишком открыто злодейку. Признавая ее талант, он был недоволен тем, как она играет. То есть потом, наверное, ему понравилось. Но во время съемок ему казалась, что мачеха не должна быть такой открытой злодейкой. Что ее злодейство должно быть более завуалированным и изощренным в результате.

Реплики Раневской, которые подхватывались всеми и становились крылатыми словами, очень часто были импровизацией.

Александр Поздняков, президент Петербургской ассоциации кинопрессы: Раневская была дама с рифами, конечно. От нее режиссеры были вправе ожидать на съемке каких-то незапланированных экспромтов. Она несла отсебятину иногда. Она, во-первых, не всегда знала текст.

Петр Багров, историк кино: У нее всегда была тяга к импровизации. Чего уж говорить о Шварце, если Раневская, как-то, играя на эстраде рассказ Чехова «Драма», придумала кучу реплик. Дико испугалась, позвала жену Чехова. Очень боялась. Дальше она смотрит на зрительный зал и видит, что Ольги Леонардовны нет на месте. Она в ужасе - полный провал. Дальше смотрит: она лежит под стулом и хохочет. Она встала и говорит: «Антон Павлович был бы счастлив». Так что если Раневская импровизировала в Чехове, то в Шварце тем более, конечно.

Мачеха, хамоватая и вредная, вполне вписывалась в советскую драматургию о тех, кто мешает нам жить. Интересно другое: самым обаятельным и милым персонажем фильма Шварц делает Короля, что было немыслимо для советского кино 40-х годов.

Андрей Хржановский, кинорежиссер: Король в «Золушке» самый, во всяком случае для зрителей, самый близкий, родной и любимый. Потому что это есть воплощение каждого из нас в лучшем его проявлении. Это чистота, это прелесть, и наивность, и бесстрашие, и удивление, и любознательность, и жизненная энергия ребенка.

Рискованным было и то, что этого доброго Короля предстояло играть известному актеру Эрасту Гарину, который был любимым учеником расстрелянного театрального режиссера Мейерхольда.

Андрей Хржановский, кинорежиссер: В 46-м году Гарин еще надеялся, что Мейерхольд жив. В этой семье даже откладывались деньги на случай, если мастер вернется из ссылки, чтобы купить ему вещи первой необходимости. Он был подвергнут в некотором смысле остракизму как ученик Мейерхольда, не продавший мастера и отказавшийся от работы с академическими театрами.

Если посмотреть на съемочную группу «Золушки» трезвым взглядом советского кадровика, поймешь, что выглядела эта компания крайне сомнительно. Режиссер Михаил Шапиро, женат на родственнице Троцкого Жанне Гаузнер. Художник Николай Акимов - ученик белоэмигранта Юрия Аненкова. Композитор Антонио Спадовеккиа - итальянец. Артисты. Янина Жеймо (Золушка) - полька. Фаина Раневская (Мачеха), только что отстранена партийным решением от съемок в фильме «Иван Грозный». Подруга А. А. Ахматовой. Алексей Консовский (Принц), из семьи врагов народа, расстреляны отец и брат. Меркурьев (Лесничий) - женат на племяннице Всеволода Мейерхольда. Сценарист Евгений Шварц, друг репрессированных Заболоцкого и Олейникова. Они были единомышленники, люди прошлого и люди с очень сомнительным прошлым. Они задумали декамерон, это была попытка уйти от советской действительности в мир сказки, где действуют совершенно другие законы. В 45ом это было еще возможно, и на съемочной площадке «Золушки» была такая же волшебная атмосфера, как и на экране.

Наталья Трауберг, писатель, переводчик: Они же были люди 10-х-20-х гг. Они очень хорошо помнили 10-е и участвовали в жизни 20-х, но не в гадостях всяких, а в чем-то получше. Атмосфера там была прекрасная.

Яков Бутовский, историк кино: Все улыбались. Н. Н. Кошеверова (я потом видел ее на многих съемках, даже дружил с ней, бывал у нее дома), Надежда Николаевна - очень строгий человек. Она была мрачной, давала указания, покрикивала. Неулыбчивая. Так вот даже она здесь, на этой съемке все время улыбалась. И сама музыка такая замечательная, и песенка, и как ее Жеймо пела. И как люди на все это реагировали, даже если бы были не такие хорошие актеры. Так на все это реагировали, что все это получилось совсем прекрасно. Мне это запомнилось как самая хорошая киносъемка, которую я когда-нибудь видел.

Лев Лурье:46-й год, когда «Золушка» снималась, относительно либеральный. Еще не кончилась военная идеологическая оттепель. Во время войны, как известно, нашими союзниками были западные страны. А вот 47-й, когда фильм вышел на экраны, - это уже начало позднесталинских заморозков. Уже вышло постановление о журналах «Звезда» и «Ленинград», клеймящее Зощенко и Ахматову. Было закрытое постановление о кинематографе, согласно которому, например, была запрещена вторая серия «Ивана Грозного» Эйзенштейна. Было, вообще, гадательно, выйдет ли «Золушка» на экраны.

24 сентября 46-го года на Ленфильме проходит заседание художественного совета, посвященное «Золушке». Фильм подвергают критике - скучно и космополитично. Кошеверовой удается отстоять материал, но становится понятно, что без переделок обойтись не удастся.

Петр Багров, историк кино: После постановления о «Звезде» и «Ленинграде» Шварц согласился исправить и немножко переписать более осторожно только те эпизоды, которые режиссерски вышли не совсем удачными. Это было исправлено, вроде все согласились. А Шапиро, слегка испуганный, начал юлить вокруг и говорить, что «нет, эти переделки не выражают нашу идеологическую перестройку, надо показать, как мы исправились». Вот уже многие, Шапиро в том числе, понимали, что воздух меняется.

История создания «Золушки» действительно полна чудес. Картину запустили в 44-м - если бы чуть позже, скорее всего, она бы никогда не вышла на экраны или вышла бы в совершенно другом виде. Нужно было успеть, обязательно успеть до двенадцати, а то все волшебство кончится. Чудом успели - «Золушка» состоялась, и ее увидели все. Критики прилежно заполняют газеты и журналы положительными рецензиями, а зрители - раскупают билеты в кино и пишут создателям фильма письма.

Мария Крыжановская, внучка Евгения Шварца:

Писали много писем, в том числе и Шварцу. Писали в основном девушки, многие были влюблены в Консовского. В основном, содержание их писем сводилось к тому, что они хотели как-то познакомиться с Консовским, передать ему свое восхищение и любовь. Что такое сценарий, не все знали. Как-то пришло письмо, на конверте было написано: «Сценарию Шварцу». Эта история у нас как курьез в ходу в семейном обиходе.
«Золушка» вышла на экраны в мае 1947 года. Ее премьера парадоксальным образом совпала с началом одного из самых мрачных периодов в истории советского кино - сталинское малокартинье второй половины 40х. На государственном уровне принимается решение сократить до минимума количество фильмов, которые выпускают киностудии в стране. Естественно, все то немногое, что снималось, должно было целиком и полностью соответствовать идеологическим стандартам со всех точек зрения.

Любовь Аркус, историк кино: Далее будут сниматься в основном фильмы о великих русских композиторах, которые на набережных Невы встречаются с великими русскими социал-демократами и с великими русскими писателями и разговаривают о том, как они любят народ и ненавидят проклятое самодержавие. Только этими фильмами и будет исчерпываться репертуар советского кино.

Петр Багров, историк кино: Представить себе Жеймо в этих жутких колхозных комедиях или в биографических фильмах, фильмах о вредителях довольно сложно. Тогда как раз такое и начиналось.

После «Золушки» Янина Жеймо практически не снималась, для нее не было ролей в новом сталинском кинематографе. В 1958 году она покидает Союз и уезжает в Польшу навсегда. Там Жеймо тоже не снималась. Сначала мешал акцент, потом - возраст и неприспособленность к польской киносреде.

Петр Багров, историк кино: Если бы она осталась здесь, в 60-е годы, возможно, для нее бы нашлось место. Очень может быть. И в 70-е - запросто. Ее вполне можно представить в старости, тем более что она была человек не только добрый, но и ироничный, острый. Ее вполне можно представить себе в кино оттепельном, даже в постоттепельном.

Татьяна Шапиро, дочь оператора Евгения Шапиро: Она буквально за полгода до смерти приезжала в Репино. Папа был у нее в гостях. Он приехал, говорит: «Янечка очень хочет тебя видеть». Я поехала к ней. Приехала, мы с ней стояли на балконе. В это время идет пожилой человек, который только что приехал в Дом творчества. Это оказался Консовский. Янечка его узнала и закричала: «Танечка! Принц приехал!». И побежала его встречать. Было очень трогательно смотреть, как они целовались, обнимались. В общем, они встретились снова спустя много лет.

Вопреки всем мрачным предпосылкам никого из создателей «Золушки» не репрессировали, все продолжали работать. Задумывая фильм «Каин 18-й», Кошеверова снова позвала в сорежиссеры Шапиро, заказала Шварцу сценарий, Спадовеккиа - музыку, роль Короля поручила Гарину. Но этот фильм, равно как и все другие, которые делали эти люди, не может идти ни в какое сравнение с «Золушкой».

Лев Лурье: «Золушку» с одинаковым успехом смотрят и взрослые, которые видят в ней массу скрытых смыслов, и дети, которые воспринимают ее непосредственно. «Золушка» - это настоящий шедевр советского кино. Если бы фильм такого уровня сняли на Западе (например, в Голливуде), точно был бы открыт музей, где можно было бы посмотреть костюмы Принца, Золушки, героини Раневской, где были бы декорации. У нас этого уже не будет, потому что все это исчезло с киностудии «Ленфильм» сравнительно недавно. Этого не будет, мы не сможем пойти с нашими детьми, чтоб показать им, как снимали «Золушку». Но есть сам фильм. Каждый год десятки тысяч российских детей снова смотрят «Золушку» и снова смеются.


Комментарии

Комментирование закрыто