Три дня в августе 1991-го: каким был путч ГКЧП 35 лет назад

Сегодня годовщина события, которое изменило ход истории страны и не только нашей. 35 лет назад начался так называемый августовский путч, по сути — попытка госпереворота.

Танки в Москве и «Лебединое озеро» по телевизору. И новая для миллионов людей аббревиатура ГКЧП — Государственный комитет по чрезвычайному положению. Те неоднозначные события до сих пор предмет для обсуждений и дискуссий. О драматичных днях августа 1991-го — в сюжете корреспондент «Известий» Александра Надсадного.

Сегодня Дом правительства, увенчанный российским флагом, — главный символ исполнительной власти государства. А 35 лет назад его стены оказались в центре исторического водоворота и цитаделью борьбы за демократию.

19 августа 1991 года страна проснулась в полном смятении. Во всех телевизорах — танец маленьких лебедей, прерываемый тревожными сообщениями: партийная верхушка создает Государственный комитет по чрезвычайному положению и берет власть в свои руки.

«Все было понятно. Кошмар. Значит, надо пробираться в Белый дом», — вспоминает экономический советник Бориса Ельцина и депутат Верховного Совета РСФСР в 1989–1993 гг. Павел Медведев.

В те дни Павел Медведев, экономический советник Бориса Ельцина и депутат Верховного Совета РСФСР, как и тысячи москвичей, торопился на баррикады отстаивать демократические ценности.

«Вот те люди, которые объявили, что они путчисты, они же хотели взять власть, а мы мечтали в значительной мере, наивно, конечно, организовать свою разумную, благородную, честную власть», — сказал Павел Медведев.

Политическое двоевластие в стране породило человеческое непонимание, переросшее в народное восстание с лозунгами: «Даешь новую жизнь! Долой старый режим!».

Одни требовали сохранить союзное государство, другие жаждали республиканского суверенитета и рыночной экономики. Колбаса в магазинах против неработающих идеалов социализма. Между противоборствующими сторонами красную линию начертили гусеницы танков.

«Танки в центре Москвы, судя по всему, были очень крупной ошибкой членов ГКЧП, потому что они сразу ввергли население в недоумение по поводу того, из-за чего произошла такая эскалация конфликта», — сказал главный редактор журнала «Историк» Владимир Рудаков.

Градус перемен под соусом Перестройки защитники Белого дома разливали по бутылкам, заготавливая арсенал из коктейлей Молотова. Все три дня августовского путча будущее государства висело на волоске.

Чем закончится путч, в первые дни никто не знал. Защитники Белого дома ждали, что военные получат приказ к действию, но надеялись, что разум все-таки восторжествует и кровь не прольется.

В августе 1991-го судьба страны решалась без ее руководителя — президента Горбачева, которого его соратники и заговорщики блокировали на даче в Форосе. Но он и не сопротивлялся.

Заговорщики надеялись сохранить СССР и отменить подписание нового союзного договора, который, по их мнению, означал фактическую ликвидацию единого государства и давал суверенитет республикам, чего и добивались сторонники Ельцина. Владимир Шумейко в то время — народный депутат РСФСР и советник Ельцина — рассказывает: крушение советской империи, несмотря на усилия путчистов, было неизбежно.

«Как только Горбачев отменил Шестую статью и избрался на съезде, не всенародно, избрался президентом Советского Союза, с тех пор союз восстановить было уже невозможно. Он держался на партийной дисциплине», — сказал народный депутат РСФСР в 1991 году Владимир Шумейко.

Те, кто 70 лет держали партийную дисциплину, аккуратно сложены в политическую матрешку. Сувенир из 1990-х показывает, кто кого съел.

— Большим фактором было, что Борис Николаевич на танк зашел.

Но дыма без огня не бывает. Разгоряченные и вдохновленные защитники Белого дома выпустили пар в тоннеле у Нового Арбата. В результате столкновения с военными пролилась кровь.

«Необдуманные решения, принимаемые людьми в высокой политике, способны на самом деле привести к абсолютно непредсказуемым результатам», — сказал доктор исторических наук, специалист по истории русского революционного движения XIX — начала XX веков Ярослав Леонтьев.

Отвод войск, арест заговорщиков, ликвидация СССР. Но победа демократии оказалась со слезами на глазах.

Вместо политической стабильности — парад суверенитетов. Выход республик из-под железной руки партии, закрепленный союзным договором в Беловежской пуще, перерос в локальные конфликты на постсоветской территории, отголоски которых слышны и по сей день.

Еще больше новостей — у Пятого канала в мессенджере МАКС.