«Никаких уведомлений я не получал»: нужна ли России модернизация системы оповещения

Жители пострадавших от стихии регионов жалуются на то, что никаких уведомлений о возможных природных бедствиях им не приходило. Сообщения о наводнениях, лесных пожарах, ураганном ветре или беспилотной опасности поступают слишком поздно. И это несмотря на то, что профильные ведомства ежегодно тратят миллиарды рублей на модернизацию системы оповещения. Она во многом опирается на технологии прошлого века. О том, что может сэкономить драгоценные минуты и спасти жизни, рассказывает корреспондент «Известий» Кирилл Ольков.

Тюмень уходит под воду. Жители пытаются пробраться сквозь потоки. Стихия застала их врасплох — оповещения не было.

«Никаких уведомлений я не получал… Если бы что-то было, кто-то дал бы сигнал, люди могли бы среагировать», — говорит житель Тюмени Петр Смирнов.

Не доходят сообщения и до жителей Челябинска: ураган для них начался внезапно. Деревья падали на припаркованные машины.

«Сообщений о шторме мы не получали — убрали бы машины из-под деревьев», — жалуется местный житель Роман.

По всей стране одно и то же: ураганы, паводки, пожары — и полная тишина. Нынешняя система оповещения — наследница СССР: сирены, уличные динамики, проводное радио. В наше время — смс и ТВ-врезки. Но этот набор не успевает за скоростью современных угроз.

В советское время за действия в случае чрезвычайных ситуаций отвечало Минобороны. В 1990-е эти функции забрало МЧС, которое возглавлял Сергей Шойгу, ведомство получило колоссальную инфраструктуру.

«Новое министерство МЧС включило в себя от МВД системы пожарной безопасности… Увеличили количество состава почти до миллиона человек», — отмечает профессор МПУ, полковник в отставке Сергей Петров.

Основа системы оповещения — Национальный центр управления в кризисных ситуациях. Здесь фиксируют угрозу. Далее информация передается на места. Следует оценка ситуации, затем данные получают главы субъектов или муниципалитетов. Только на этом уровне, наконец, принимается решение об оповещении — и задействуется РАСЦО, автоматизированное централизованное предупреждение. Цикл реагирования получается очень затянутым. А еще есть человеческий фактор.

«Без него по закону массово сирену включать нельзя, дает сценарий какой-то либо слова, которые надо говорить», — объясняет Виталий Осипенко, руководитель проекта КТСО РФ.

Система оповещения едина лишь формально. Уровень готовности и траты на нее в регионах сильно разнятся. «Известия» нашли три самые крупные госзакупки за прошлый год. Дагестан — 95 миллионов (весной прорвало дамбу, предупреждений не было), Чита — 100 миллионов (наводнение — и тишина), Самарская область — 700 миллионов (потоп и полная изоляция).

А вот, например, в Якутии — сэкономили, контракт на 81 тысячу рублей. В 2021–м республику накрыл страшнейший пожар: сирены молчали, смс не было, вспоминают местные жители.

«Если заранее бы предупредили, могли бы что-нибудь вынести», — жалуется Андрей Иванов, житель Якутии.

Для всех очевидно: нужны новые решения. Ведь возникают и новые угрозы… В ночь на 17 мая в Химках во время атаки дронов не сработал ни один из способов оповещения.

«Я успела забежать в ванную комнату, после чего мне вынесло полквартиры», — вспоминает местная жительница Ксения.

«Главное управление, со своей стороны, осуществляет постоянный мониторинг технического состояния элементов региональной системы оповещения в пределах предоставленных полномочий», — заявили в МЧС по московской области.

В МЧС на запрос «Известий» ответили: это ответственность администрации. Мы выяснили, что это не единичный случай. Не получают смс жители Ростова, сбои с доставкой — в Перми.

«Соцсети читаешь, что объявили беспилотную опасность, а у нас тишина», — говорит жительница Перми.

Обычные смс при перегрузке сети приходят с задержками. Но есть технология, которая работает иначе.

«Альтернатива обычному смс-оповещению — технология Cell Broadcast. Если при обычных смс сигнал приходит к каждому абоненту по отдельности, то при Cell Broadcast сообщения поступают сразу всем абонентам, которые находятся в зоне действия вышки. Пропустить тревожное сообщение невозможно», — делится корреспондент.

В США, Японии и Израиле — это стандарт.

«Для абонента это всплывающее сообщение, оно будет всплывать поверх любых иных сообщений, оповещений на экране», — говорит руководитель информационной группы «Комньюз» Леонид Коник.

В России о ней впервые заговорили сразу после разрушительного наводнения в Крымске в 2012 году. Но технология по-прежнему не используется, хотя и стоит относительно недорого. Вместо нее деньги тратятся на другие разработки.

18 миллиардов рублей — во столько оценивали развертывание системы «Оксион» в начале 2000-х при Сергее Шойгу. Экраны в аэропортах и ТЦ должны были показывать предупреждения при ЧС. Но вместо этого крутили рекламу.

При следующем министре ЧС Пучкове «Оксион», который так и не заработал, заинтересовал следователей. Были возбуждены уголовные дела против региональных руководителей МЧС и подрядчиков.

«Россия тратит три с половиной миллиарда рублей на систему оповещения классического характера. Затраты Греции или Италии смехотворны на внедрение Cell Broadcast», — считает Виталий Осипенко, руководитель проекта КТСО РФ.

Технических преград для внедрения Cell Broadcast нет. Но профильные ведомства продолжают тратить миллиарды на устаревшие аналоги, а жители узнают о катаклизмах либо от соседей, либо тогда, когда опасности уже не миновать.

Еще больше новостей — у Пятого канала в мессенджере МАКС.