Всепобеждающая сила любви: в блокадном Ленинграде зарегистрировали 15 тысяч браков

За 872 дня осады города на Неве, здесь родились 95 тысяч ленинградцев.


Мы сегодня много говорим о памяти и исторической справедливости. Не было за всю историю человечества, наверное, страшнее трагедий, чем холокост, а еще блокады Ленинграда.

Город на Неве нацисты намеревались стереть с лица земли. Но сначала поставили своей целью заморить голодом всех, кто в нем остался. Им казалось, что у жителей нет шансов, но враги просчитались. Ленинградцы отстояли город. Ценой сотен тысяч жизней, но отстояли. Этот особый дух, эта безусловная вера в победу, эта готовность к подвигу сорвали планы фашистов.

Сегодня спустя столько лет, когда читаешь исторические документы, поражает вот что — город наводнила смерть. Условия были такими, что представить невозможно. Все мы знаем про то, как вываривали ремни, чтобы потом их съесть. Как готовили студень из клея. А 125 блокадных граммов хлеба? Хлеба, в котором почти не было муки, а только целлюлоза, жмых и хвоя. И морозы за минус 40. И жизнь без отопления и электричества. И ежедневные бомбежки. И вот в этих условиях люди смогли остаться людьми, причем с большой буквы. Каждый день они шли на работу. Кто в музеи, чтобы сохранить наследие, а кто в школу, чтобы учить детей. А после и педагоги, и ученики шли на заводы в третью смену, чтобы ковать победу.

А другие отправлялись на дежурства — кто в больницы, а кто в пожарные бригады, как например Дмитрий Шостакович. Именно там, на посту № 5, на крыше, между налетами рождалась знаменитая седьмая «Ленинградская» симфония. Летом 42-го, когда ее впервые исполнили в Америке — один их критиков написал: «Какой дьявол может победить народ, способный создавать музыку подобную этой?».

Никакой и никогда! Пока в стране есть люди способные на такие подвиги. 27-го января мы отметим 76-ю годовщину полного снятия блокады. И сегодня мы хотим рассказать еще об одном чувстве, которое помогло выстоять. О любви. Представьте! За 872 дня блокады в городе появилось 15 тысяч новых семей. Мы собрали уникальные документы той эпохи, изучили архивы ЗАГСов и роддомов, а главное, поговорили с блокадниками. Глядя на эти фотографии и слушая рассказы очевидцев, в это трудно поверить. Но все было именно так. О всепобеждающей силе любви, расскажет Максим Облендер.

Несколько фотографий Ленинграда и его жителей. Эти снимки объединяет не только страшная тема блокады, но и тема большой любви. Истории чувств, которые за 900 голодных и холодных дней не остыли, напротив, разгорались еще сильнее в тех, кто ждал, и кто воевал.

«Жених ушел добровольцем, и невеста его ждала почти 10 лет!» — рассказывает коллекционер свадебных платьев Ольга Морозова.

И ведь поженились, и жили долго и счастливо. У каждого блокадного наряда из этой коллекции своя история. Скромные, самодельные платья. Это кажется фантастикой, но в городе, который ежедневно бомбили, ежедневно регистрировали и новые браки — на церемонию так и шли под артобстрелами. За 900 дней блокады органы ЗАГС зарегистрировали почти 15 тысяч браков.

«На столе было обыденно. Даже винегрет был роскошью. Были тушенка, военпаек, то что выдавали матросам. Все очень скромно», — поясняет Ольга Морозова.

Практически все органы ЗАГС работали в те дни — люди с похоронками стояли в очередях, а в соседних залах ставили подписи молодожены и тихо звучало заветное «да»!

Знакомились на фронте, моряки и санитарки работницы заводов и пожарные. Или встречались на танцах в домах культуры в редкие спокойные вечера без бомбежек. Родители Владимира — Александр и Варвара — бывшие одноклассники, случайно встретились на Тучковом мосту весной 42-го.

«Смотри, вон Шура там Фролов. Худой, но кажется здоров! Был мост, велосипед, газета, должна была случиться встреча эта!» — вспоминает Владимир Фролов.

Он сотрудник института, она врач. А уже через год, в июле 43-го, стали мужем и женой.

«Почти все родственники, включая и молодоженов сдали кровь, стали донорами. А донор получал дополнительные пайки. Поэтому стол сумели более или менее накрыть», — рассказывает Фролов.

Сдать кровь, чтобы накормить гостей. Отважиться завести детей, когда самим нечего есть. И именно дети, рожденные в городе, зажатом фашистами в кольцо — главное доказательство того, что Ленинград не отчаивался и здесь всегда верили в победу.

Михаил Львович родился под канонаду взрывов, в подвале роддома на сегодняшней Фурштатской. В тот день 5 мая 43-го Ленинград бомбами засыпали новенькие немецкие Фокке-Вульф, только принятые на вооружение. Вспоминает рассказы матери — каждое ее свидание с отцом, приезжавшим в отпуск с фронта, могло стать последним.

«О том, что забеременела она даже не думала, решила, что пухнет с голоду, как многие пухли. И только когда я стал пинаться уже, стало ясно, что последняя или какая там, предпоследняя встреча, оказалась не напрасной», — говорит житель блокадного Ленинграда Михаил Жучковский.

Семья уцелела, и за все время блокады в их дом у Московского вокзала ни разу не попал снаряд. Везение? Он не знает. Но с тех пор дети, внуки, — все появились на свет именно в этом роддоме. Здесь, где в блокаду матери, потерявшие своих детей, грудью вскармливали чужих. Где, согласно архивным записям, зимой 42-го в меню у будущих мам был и сыр, и масло, суп, отварное мясо или рыба.

95 тысяч ленинградцев появились на свет в городе на Неве. Вопреки всему. И благодаря любви. Музейные документы, письма — солдатские треугольники, фотокарточки с аккуратно выведенными чернилами словами. Вот солдат пишет незнакомке в город, про нее рассказывали ему сослуживцы. Год он будет завоевывать ее сердце, рассказывая, как мужественно бьет врагов и каков он из себя — усатый и загорелый. Они так и не увидятся. От тех же друзей, что пытались их познакомить — Зоя получит известие — погиб. И таких историй тысячи, и в любой — ежедневные подвиги и чувства жителей блокадного города, каждого солдата.

Вот еще один, сообщает, что домой жене привезут дрова. Он договорился, будет тепло.

«Его личная жизнь, его семья для него неразрывно связана с его страной. И победа над врагом для него столько важна, как и жизнь его семьи», — повествует хранитель музейных ценностей музея обороны и блокады Ленинграда Роман Кузьменков.

Свидетельства, которые никому не удастся переврать, как это стало сейчас модно в ряде стран. И живые свидетели той трагедии. В том самом — втором роддоме — работает Солмаз Яковлева. Тоже блокадный ребенок, родившаяся здесь же. 30 лет она сама акушерка и врач-УЗИ. В ее семейном архиве уникальные снимки: «свадебным путешествием» матери и отца стало освободительное шествие Красной армии — по Европе.

Варвара Митрофановна Фролова — мать троих детей, бабушка семерых внуков и прабабушка 12 правнуков — жива и, несмотря на проблемы со здоровьем, в свои 102 года благодарит свою семью. Где все так же принято, по-ленинградски, собираться за столом и давать домашние концерты. И хранить эту любовь. В домах и коммуналках большого города, где каждому жителю знакомы звуки блокадного метронома и стихов Ольги Бергольц.

Ранее 5-tv.ru сообщал, что уроки памяти «Блокадный хлеб» прошли в Санкт-Петербурге и Москве.


Читайте также


Последние новости

8:17
8:07
7:59
7:50
7:43
7:38

Сейчас читают



Новости Lentainform

Загрузка...