К бою готовы всегда: слаженная работа российской армии в зоне СВО

Евросоюз помогает Киеву, но с весны не может отправить очередной транш на 500 миллионов евро. Не может или не видит смысла? Наступление ВСУ завязло, чего тратиться?

Кто владеет информацией, тот владеет миром — еще один старый принцип управления. В Брюсселе же не уточняют какую часть Украины готовы принять в ЕС. Репортаж с передовой корреспондента «Известий» Леонида Китраря.

Командир расчета орудия МТ-12 Рапира буднично рассказывает, как на слух определить тип снаряда, которым обстреливают его пушку. В перерывах между боями и артиллерийскими дуэлями Немай узнал, что дома в Забайкалье его семья теперь чуть больше. Командир орудия стал отцом. В соседнем подразделении — штурмовом — сражается брат Нимая. Ему не раз случалось огнем своего орудия помочь парням на переднем крае.

Еще советские конструкторы задумывали рапиру, как противотанковое оружие первого эшелона. Потому с пушки можно быстро снять маскировку и привести ее в боевое положение. Хоть рапира и работает как оружие ближнего боя, но дальность позволяет стрелять даже не видя цели, только по данным наводчика.

Танкисты к линии фронта намного ближе. До огневых позиций добираться стараются в сумерках — так боевую машину сложнее заметить. И как можно меньше используют дороги, даже грунтовые. Передовые наводчики танкистам помогают нечасто. Иногда указывают только направление на противника. Дальше экипаж сам ищет цели и выбирает тактику ведения боя.

С начала украинского наступления камчатские танкисты подбили десятки единиц бронетехники противника. Потом, видимо, машины у ВСУ закончились и в бой пошла только пехота. Как минимум, одна машина роты всегда находится на передовой, пока остальные отдыхают и дозаряжаются. Темпы украинского наступления снизились и такого режима пока хватает. Но экипажи дальневосточных танкистов, как и артиллеристов и штурмовых отрядов к бою готовы всегда.